Время, прости! - Татьяна Тронина Страница 80

Артур нахмурился:

— Господи, как сложно… Значит, оформляем все как строгий аналитический прогноз.

— Именно! Никаких намеков на попаданцев, – подняла я палец. – Только сухой, фактологический прогноз… Служебная записка от неизвестных аналитиков, которые видят тревожные тенденции!

— А Машеров нам поверит? – засомневался Артур.

— Нет, конечно, – с досадой произнесла я. – Но… мы в нашем докладе сделаем клиффхэнгер.

— Чего сделаем? – переспросил Артур. – Нет, в принципе понятно… Ты про некий цепляющий крючок?

— Да! – кивнула я. – Мы предскажем события, которые произойдут буквально на днях. Что-то такое, чего нельзя угадать или спланировать… Неочевидное, но проверяемое! Попросим нейросеть найти в архивах подходящие факты. Если наш «прогноз» сбудется в ближайшие дни, то это заставит Машерова отнестись серьезно и к остальным нашим тезисам, которые касаются уже грядущих десятилетий.

— Отличная мысль! – согласился Артур. – Мы приедем в пятницу, подбросим папку в субботу утром. Значит, нужно предсказать что-то на субботу-воскресенье. События, о которых он сможет узнать лично или из сводок.

Мысли наконец стали выстраиваться в четкий план. Опыт работы с информацией – пусть и в другой жизни, связанный с долгими годами работы библиотекарем – давал о себе знать: я знала, как анализировать, структурировать и подавать информацию.

— Значит, делаем что-то вроде исторического прогноза. Такой документ, подтвержденный реальными фактами из ближайших дней, уже не покажется Машерову чьим-то фантастическим вымыслом, – подвела я итог.

— Так ты согласилась отправиться в будущее, чтобы спасти меня от гибели? – вдруг отвлекся Артур, хитро прищурился. – А что, если у тебя совершенно другая миссия?

— Какая? Хотя понимаю, о чем ты. Мне вспомнился один анекдот – а может, притча… Неважно. Послушай. Умирает человек, попадает в рай. Его встречает апостол Петр, и человек спрашивает: «В чем был смысл моей жизни?» Апостол отвечает: «Помните, вы в далеком году ехали в поезде, пошли в вагон-ресторан, а там за соседним столиком сидела женщина. Она попросила вас передать соль. И вы передали. Вот в этом и был смысл».

— Это к чему? – удивился Артур.

— Может, ты и прав. А смысл моей жизни теперь – передать папку с документами тому, кто может что-то изменить, – засмеялась я.

* * *

Санаторий «Заря» не был закрытым заведением для избранных. Это был просто хороший ведомственный санаторий – с высоким уровнем обслуживания, отличной кухней, уютными номерами и огромным киноконцертным залом.

Именно здесь и решили провести конференцию молодых архитекторов. Но кроме них сюда съехались чиновники, журналисты, деятели искусств. Так что мы с Артуром не чувствовали себя тут чужаками.

Недавно построенный санаторий напоминал летающую тарелку. Здание из стекла и бетона словно парило в воздухе – этому впечатлению способствовала его конструкция на опорных балках. Вокруг высился сосновый бор.

Снег еще не выпал, и царило то самое странное, неопределенное, словно застывшее время, которое называется предзимьем.

Мы заехали в пятницу вечером и буквально в первые же минуты увидели Машерова. Его ни с кем нельзя было спутать: очень высокий, статный, с открытым доброжелательным лицом и умными, живыми глазами. Он улыбался, разговаривая с сопровождавшими его людьми.