Ведьмы любят…десерты - Снеталия Морозова Страница 81

– Мили, это было, это было…– не мог подобрать мужчина слов.

– Охуенно! – сказала Мила и засмеялась, – если что это слово, которое запрещено произносить в моем прошлом мире в общественных местах. Оно считается нецензурным, но по-другому сказать сложно.

Мила и Родин вышли из грота, купались в море, лежали на песке, занимались снова любовью. Родин рассказал про деревню. Мила с радостью решила посетить ее и познакомиться с жителями. Потом снова Родин подмял Милупод себя, уже бережно входя.

– Дин, у меня метки горят, нас ждут! Нам домой пора!

– Я украду тебя как-нибудь на несколько дней, договорюсь с побратимами!

– Ну-ну, – сказала, потягиваясь на песочке ведьмочка.

Родин стал ее целовать всю: грудь, живот, лобок, рыча, и желая съесть.

40. Преображение для девочек.

Когда Мила и Родин приземлились у дома, их встречали все. Вся большая семья. Родин обернулся. Мила шла и улыбалась. Она была в одной сорочке. Видар быстро пошел навстречу, накинул ей на плечи свою рубаху. Она нырнула под его плечо, он обнял ее, а потом взял на руки

– Ведьма! – прошептала Акира.

Мила была прекрасна. Распушенные волосы. Босые ноги. Но! Не это увидела Амира. Волчица увидела ее взгляд! Сексуальный! Любящий жизнь! Любящий себя!

Мила это уловила, подмигнула Амире.

– Мальчики! Я так соскучилась! Папа Грег, привет! Волчонок подождет! Я хочу Акиру!

Вы тут с Родиным поболтайте, у него к вам дело. Грег, а пироженки у нас есть?

– Да, любовь моя!

– Обожаю, мы сейчас с Акирой уединимся, а потом я все съем в этом доме!

– Ты что не кормил Милу? – одновременно спросили мужья.

– Все, Кира, тикаем! Мы скоро!

Милана слезла с Видара, целуя его в губы, взяла волчицу за руку и повела в свой домик.

Мужчины смотрели вслед женщинам. Два Грега одинаково почесали макушку.

– Каково это быть ведьмой, Милана?

– Это прекрасно, Акира! Я каждой клеточкой чувствую природу, я сама природа. Ты такая же.

– Я?

– Ага, отпусти себя. Не прячься! Не стесняйся, отдайся телу, мужчине всецело.

– Мила, я другая, ты такая красивая, твои мужья аж дышать перестают, когда видят тебя.

– Они дышать перестают, потому не знают, что я дальше выкину!

Они рассмеялись.

– Мила, у тебя даже взгляд такой, ну как бы очень.

– Блядский?

– Какой?

– Ну, как будто я сейчас тут же буду заниматься любовью?

– Да!

– Вот и ты такой в себе найди и занимайся любовью всегда и во всем, что ты делаешь!

До Акиры доходило, она даже спину выпрямила, выпячивая грудь.

– Мы пришли, проходи! Повторяй за мной, волчица, все.

Милана разделась полностью, Акира тоже. У Акиры были волосики на теле и лобке. Мила протянула ей мазь, сказала, чтобы она намазалась вся, не упуская мест между ягодиц. Амира намазала себя всю.

Они вышли наулицу. Мила обдала волчицу водой. С водой ушли и все волоски. Волчица стала гладенькой.

Затем Мила взяла еще одну мазь, и они стали мазаться. Милана проговаривала за каждым движением своих рук, какая она красивая, желанная, сексуальная, что кожа ее бархатная, ее хочется всегда целовать. Акира повторяла слово в слово и тоже мазала себя.

– Закрой глаза, Акира!

Мила подошла к волчице, стала ее лицо этой мазью мазать, потом положила ладони на глаза и стала шептать:

– Силы мои, заберите у волчицы Акиры увечье, пусть уйдет эта чернь в землю и там растворится за ненадобностью. Дай, миленький лес, этой обротнице материнство!