Асины журавли - Елена Чумакова Страница 82

Сейчас эта парочка испытывает серьезные финансовые затруднения. Мы постарались их усугубить, так что хорошие выплаты им как агентам, я уверен, будут весомым доводом и довершат дело. Задача ясна?

— Так точно, товарищ полковник. Судя по всему вышесказанному, они созрели для вербовки.

— Приступайте. Удачи.

* * *

Советское посольство в Париже располагалось на тихой улице Гренель. Супруги припарковали свою машину в двух кварталах от посольства и прошлись пешком до нужного здания. Красивый портал с высокими коваными воротами объединял двухэтажный особняк, увенчанный мансардой с таким же по архитектуре флигелем. Охранник, проверив документы Бартошевской и Соколовского, зарегистрировал их имена в журнале, затем проводил в полукруглый холл. Здесь им пришлось ожидать довольно долго. Наконец Максима Игнатьевича пригласили пройти в кабинет для беседы с атташе. Несколько минут спустя Анастасию Трофимовну проводили в другой кабинет.

Молодой симпатичный сотрудник посольства был «приятно удивлен визитом знаменитой народной певицы», галантен, рассыпался в комплиментах. Ася успокоилась, нервное напряжение, в котором она находилась, улеглось. Этот большевик казался совсем нестрашным. Он расспрашивал ее о жизни в Париже, о причинах, побуждающих их с супругом вернуться на Родину, сочувствовал проблемам, помог написать заявление с просьбой о предоставлении советского гражданства. В конце беседы тон его изменился, стал жестким, а взгляд непроницаемым.

— При всем моем расположении к вам и желании помочь, получить советское гражданство не так просто. Вы предали свою страну в самое трудное время. Прощение надо заслужить.

— Как… каким образом? – от внезапной перемены тона беседы Ася растерялась.

— Сотрудничеством с нами. Вы должны делом доказать серьезность своего решения, свою любовь к Родине.

— Но… чем я могу быть вам полезна? Я всего лишь певица, пою в ресторанах, мюзик-холлах, гастролирую… Вернувшись на родину, собираюсь петь для своего народа, для простых людей и тем самым быть полезной отечеству.

— Ну, это потом, а в данный момент нам может быть полезен ваш муж, генерал Соколовский, если согласится сотрудничать. А вы можете стать связующим звеном между ним и нами. Используйте свое влияние на мужа, чтобы убедить его сделать шаг в ваше общее будущее. И тогда вы вернетесь к семье, к своему народу, на русскую сцену.

— Я не знаю… это так… неожиданно. Я должна посоветоваться с мужем.

Тон чиновника вновь стал любезным.

— Да, конечно, разумеется. Мы вас не торопим, обдумайте решение. Прошу прощения, я на минуту отлучусь.

Собеседник вышел. Ася в его отсутствие разглядывала кабинет: высокие потолки с лепниной и белые шторы маркизы плохо сочетались с простым письменным столом, с портретами Ленина и Сталина на стене. Так же плохо соотносились ее ожидания от сегодняшней встречи с полученным ответом.

Вернувшись, чиновник сел за стол, открыл блокнот.

— Итак, продолжим. Какой у вас гастрольный график на ближайший месяц?

— Франкфурт, Мюнхен, Брюссель… Рассчитан на две недели.

— Отлично. Вы когда-нибудь бывали в Люксембурге?

— Нет, не приходилось.

— Напрасно, знаете ли, напрасно. Город небольшой, но очень интересный. Виды там потрясающие! Недаром его называют «Балкон Европы». На обратном пути задержитесь на денек в Люксембурге, погуляйте по Верхнему городу, полюбуйтесь на берега реки Альзет, там есть что посмотреть. Кстати, в Соборе Люксембургской Богоматери изумительные витражи. Зайдите в собор между часом и двумя пополудни. К вам подойдет наш человек.