Её ванильное лето - Оксана Хващевская Страница 84

— Блин, ну и влипли же мы! И что теперь делать? — удрученно вздохнул Андрей.

— Ну может, все не так страшно… Но конечно, сейчас разумнее всего где-нибудь спрятаться, затаиться и переждать. Просто затем, чтобы понять, что намерены предпринять эти люди.

— Эх, был бы у нас хотя бы дробовик какой… — протянул Васька. — Ну хоть самый задрипанный… Тогда бы мы смогли с ними потягаться…

— Вот ненормальные! Будь вы даже с тремя дробовиками, они справились бы с вами в два счета! В войну решили поиграть? Лучше подумайте, где пересидите эти несколько дней! Может быть, вам лучше в город свалить? — теряя терпение, внесла предложение Лигорская.

— Да ладно тебе, Машка, не злись! — миролюбиво сказал Андрей. — А в город мы не поедем. У меня есть предложение получше. Мы схоронимся у моих родственников в Гончаровке. Но каждую ночь будем встречаться на бывшем торфобрикетном заводе. Машка? — обратился к ней Швец.

— Вы хотите, чтобы я в Васильково разведывательную деятельность развела?

— На тебя одна надежда!

— Ладно, я постараюсь. Хотя ничего обещать не могу. Не забывайте: любой в деревне может им сообщить, что я с вами заодно!

— Ну, ты уж постарайся быть осторожней! Заходить домой мы сегодня не станем. Может быть, нас уже ждут, поэтому сейчас мы двинем через поля на Гончаровку, а ты Машка, завтра с утра предупреди наших стариков, а то еще поднимут крик с утра пораньше! Ну что? Перекурим на дорожку и пойдем?

Все молча приняли предложенные Андреем сигареты и уселись под старой грушей. Закурили и, не торопясь нарушить воцарившееся молчание, задумались. Мысли ребят, конечно, были лишь об одном. Они думали о недавнем происшествии на старой ферме и о том, что ждет их в Гончаровке. Маша тоже хотела бы об этом думать, понимая, что друзья серьезно вляпались… Но разум снова изменял ей. Стоило поднять глаза к темному небу с невероятно яркой и близкой россыпью серебристых звезд, как голос сердца заглушал все другое. Снова к горлу с комом слез поднималась тоска. И сердце предательски сжималось…

Лигорская тяжело вздохнула и увидела, как падающая звезда прочертила небосклон, погаснув где-то меж галактик. «Хочу быть с ним всегда!» — подумала Маша и тут же обругала себя за это. Что за идиотские мысли приходят в голову? Он обманщик, бабник и… Разве такого мужчину она хотела бы видеть рядом с собой? Нет! Так о чем она мечтает? Забыть! Все забыть, как будто и не было ничего! Но что-то внутри стойко этому противилось. Ныло, щемило, болело и рвалось к Сафронову!

— Ладно, пора расходиться! Вам еще до Гончаровки два километра топать, да и мне пора. Того и гляди, скоро светать начнет, — чувствуя легкий приступ тошноты, Лигорская затушила недокуренную сигарету и легко поднялась на ноги. — Завтра встречаться не будем. Вряд ли я сумею что-то разузнать к полудню.

«И сомневаюсь, что я вообще раньше полудня встану!» — про себя добавила она.

— Устраивайтесь у родни поудобнее и особо не высовывайтесь. А то я вас знаю! От скуки и там бурную деятельность разведете. И главное, не забывайте: вы не в Васильково! Как говорится, в чужой монастырь со своими правилами не лезут, так что без самодеятельности! И вообще, постарайтесь быть осторожнее. Фиг знает, как у них там все налажено. Гончаровка всего в двух километрах от Васильково. А между деревнями заброшенные буровые, где есть чем поживиться! — напутствовала им Машка, собираясь уходить.