Бернаут - Виктория Побединская Страница 85

— У тебя новые сигареты? – спросила я, чтобы разрядить обстановку.

— Ага, – ответил он, достав пачку. – Вишневые. Хочешь?

Я помотала головой.

Лил в это время опрокинула в себя стопку, а потом, повернувшись к Лаклану своими голыми острыми коленками, произнесла, схватив его сразу за оба рукава рубашки:

— Лаки, давай потанцуем, а?

— Чего? – удивился тот. – Ты? Со мной?

— А почему нет?

— Ты же знаешь, я не танцую, малыш. – Лаклан улыбнулся.

Она оттолкнула его, обиженно надув губы.

— Тогда поищу кого-нибудь в зале.

— Так, ей сегодня больше не наливаем! – Дэм рассмеялся, покачнулся на стуле и забросил ноги в своих понтовских мокасинах на край диванчика, на котором сидела Лил.

— Почему это? – возмутилась она, подбоченившись.

— Несовершеннолетним нельзя пить, Лилиан. А вам обеим нет двадцати одного, – не отрываясь от экрана телефона, констатировал Бланж.

— Мисс Одуванчик вон вообще еще из пубертата не выбралась, – заржал Дэм. – Жопа выросла, а грудь нет.

Лаклан тихо хмыкнул, подхватив.

— Да как вы…! – уже было возмутилась я, но Бланж меня опередил. Одним резким движением подсек ножку стула, на котором сидел Дэм, и тот с глухим хлопком опрокинулся назад.

— Ай! – вскрикнул он, хватаясь за задницу.

— Лафлауэру тоже не наливать, – шутливо проговорил Бланж, и все засмеялись. Я поймала его взгляд лишь на миг, и мне показалось, что его глаза улыбнулись.

Заиграла новая песня. «Скажи, что любишь меня, даже если это неправда, – мягко пропел хрипловатый голос. – Скажи эту сладкую ложь, глядя в мои глаза».

— Не знаю, как вы, а я собираюсь сегодня повеселиться. – Лил встала, поправила короткое платье и отправилась прямо в центр танцпола. – Выпьешь мои шоты – пожалеешь, – улыбнувшись, пригрозила она Лаклану.

— Разве у вас не сухой закон? – спросила я.

— Законы нужны для того, чтобы было что нарушать, – наклонившись, прошептал Дэмьен.

— Она сейчас точно куда-нибудь влипнет! – подскочил Лаклан следом за Лил. Кас с Дэмом, сидевшие с другой стороны стола, не обратив на это никакого внимания, принялись о чем-то беседовать, а между нами с Бланжем повисла неловкая тишина.

— А ты неплохо держишься, – произнес он, на всякий случай наклонившись, чтобы нас никто не услышал. Со стороны мы наверняка напоминали прильнувших друг к другу влюбленных.

— Спасибо, – ответила я, потеребив трубочку в стакане под льющиеся из микрофона строки: «Потому что я люблю тебя. Потому что я всегда возвращаюсь к тебе, словно мне все равно, что ты портишь мою жизнь».

Что я могла еще сказать? Что на самом деле держусь с трудом? Что я ощущаю себя тут никому не нужной? Что его команда и старший брат меня явно недолюбливают?

— Почему Лаклан ко мне все время цепляется? – спросила я, краем глаза все еще посматривая на Лил.

Сначала она поругалась со старшим Беланже. Потом чем-то еще догналась – видимо, угостил кто-то. А теперь демонстративно танцевала рядом с каким-то незнакомым парнем. Каждый раз, когда Лил делала шаг, казалось, еще немного – и она точно навернется со своих тонких высоких каблуков, но равновесие не пропьешь. Она ни разу не споткнулась и не упала.

Бланж скривился, как будто не сильно хотел говорить на эту тему.

— Не обращай внимания, – все же ответил он. – Перебесится. Просто к новым людям сложно привыкает.