Запретная близость - Айя Субботина Страница 86

Одергиваю пальцы, понимая, что увлеклась.

Нажимаю на стоп, не пересматриваю — от греха подальше, чтобы не удалить — и отправляю ему.

Он снова почти сразу смотрит, но на этот раз отвечает не так быстро.

Проходит несколько минут, за которые я успеваю накрутить свои нервы на бигуди, прежде чем телефон отзывается короткой вибрацией.

+… … 9892: Я буду на это дрочить, ты же понимаешь?

Я жестко отторгаю воспоминания о бесконечных разговорах Нади, сколько раз за ночь (и даже днем) они занимаются сексом.

Повторяю как мантру, что мне все равно.

Что наше с ним «здесь и сейчас» не предполагает сцены ревности, даже если мы оба чувствуем что-то очень на нее похожее.

В эту конкретную минуту, за несколько километров отсюда, Руслан хочет меня. Именно меня, а не жену.

И даже если его откровенное признание — не более, чем преувеличение, мне все равно… хорошо.

Я:Мозоли не натри, Манасыпов.

+… … 9892: Ты кончила?

Я:Нет! Это была просто демонстрация для тебя.

+… … 9892: Ок, но теперь ты мне должна полную версию.

+… … 9892: Просто пиздец как я тебя хочу, девочка.

Он назвал меня так уже дважды, хотя наша разница в возрасте всего шесть лет.

Мне до странного приятно.

И страшно, что он теперь «Манасыпов», а я — «его девочка».

Стук в дверь заставляет меня дернуться и рефлекторно сунуть телефон под стопку полотенец на стиральной машине. Только через секунду доходит, что я заперлась и никто не зайдет.

— Сола? — с той стороны раздается пропитанный беспокойством голос мужа.

— Я… сейчас, пять минут! — отзываюсь, сдираю с голову полотенце и начинаю яростно растирать им кожу. Кажется, что все слова нашего с Русланом диалога отпечатаны невидимыми чернилами, которые проступят сразу же, стоит мужу на меня посмотреть.

Дождавшись, пока шаги за дверью стихнут, быстро натягиваю одежду и все-таки поддаюсь искушению проверить сообщения. Конечно, есть новые.

Там текст. Грубый. Прямой. Грязный.

+… … 9892: Хочу натянуть тебя на свой член и трахать, пока не охрипнешь.

+… … 9892: И кусать твои соски.

Я читаю это, и кровь шарашит в щеки, словно гейзер.

Это пошло и грязно.

Когда я отправляла нюдсы мужу (да, не такие откровенные, но тем не менее) Сергей писал, что я «очень красивая» и что он хочет меня раздеть.

Его слова всегда вызывали у меня легкий трепет в груди.

Слова Руслана заставляют ухватиться за раковину, потому что низ живота наливается похотью, а соски болезненно набухают, требуя его рот — немедленно, прямо сейчас.

Надевать белье было огромной ошибкой — теперь оно насквозь мокрое.

Я ничего ему не отвечаю, потому что слишком хорошо чувствую грань, переступив которую, уже не смогу выйти из этой чертовой ванной, спокойно сесть за стол и слушать рассказы свекрови про пироги и закрутки. Я и так подошла к этой черте слишком близко.

Прежде чем натянуть маску «идеальной жены», бросаю на себя последний взгляд в запотевшее зеркало. Там я, но с пожаром в глазах. Руслан меня не трахнул, но его виртуальные слова ощущаются ничуть не менее остро.

В коридоре пахнет сердечными каплями, Сергей с матерью о чем-то оживленно спорят на кухне, в гостиной бубнит телевизор.

Я приношу в этот унылый вечер свой личный, спрятанный в сумке карманный ад.

— Сола? — Сергей выглядывает из кухни, напряженно всматривается в мое лицо. — Точно все в порядке?