Диагноз на двоих - Марисса Эллер Страница 88

— Слушай, Эйвери, можно с тобой поговорить?

…в чем я не сильна, это общеизвестный факт. Мне приходится напоминать себе, что с Эйвери мне нечего бояться. Я стою сейчас здесь благодаря ей, и лишь благодаря ей группа поддержки состоит не только из Гранта, Паркера, Мэнни и Лайлы и проводится не в подвале церкви.

— Конечно. Что стряслось? – Эйвери улыбается и садится назад на свое место в кругу.

Я тоже сажусь, занимая стул, который обычно принадлежит Лайле. Сидеть не на своем месте странно.

— Ты же у доктора Энтони лечишься?

Эйвери кивает.

— Сегодня я ходила к ней впервые. Очевидно, что я уже слишком взрослая для детского ревматолога. В общем…

— Стой, с тобой же кто-то был? – спрашивает Эйвери, наклоняясь вперед, прямо как доктор Энтони. Я улыбаюсь, думая о том, как Грант всегда следил, чтобы Эйвери не ходила к врачу одна. Мой Грант прежде всего хороший человек.

— Да, мама. Она тоже наблюдается у доктора Энтони.

— Хм. Как тесен мир.

— Да… – Мой голос умолкает. Теперь, когда я об этом думаю, я понимаю, что это не самая удобная тема для разговора. Может, мне не стоило сюда приходить.

— В чем дело? Что-то случилось? – Взгляд Эйвери смягчается, и в нем появляется покровительственное беспокойство – Кэролайн часто так на меня смотрит.

— Да. Можно и так сказать. – Я вздыхаю и выпрямляюсь. Какая-то часть меня знает, что мне нужно об этом поговорить. Я просто должна решиться – сейчас или никогда. – Я и так понимала, что она поменяет лекарства. Я чувствовала себя хуже и знала, что это необходимо. Я не хотела ничего менять, но понимала, что когда-нибудь придется.

— Представляю. Легко привязаться к лечению, особенно если оно тебе помогало. Если бы она мне сменила лечение, я бы тоже закатила скандал.

Могу себе представить, как Эйвери закатывает скандал.

— Я… – Голос меня подводит, когда я пытаюсь все объяснить. – Меня тошнило постоянно. Каждую пару недель я не могла встать с кровати. Структура моих волос изменилась. Они стали волнистыми. И частично выпали. А теперь мне нужно оставить весь этот прогресс и начать сначала…

Эйвери понимающе кивает.

— Есть еще кое-что. Она бы все равно сменила лекарства, даже если бы я не чувствовала себя хуже.

— Почему? – Эйвери в замешательстве морщится.

Я делаю глубокий вдох.

— Оказалось, что лекарство, которое мне назначили, будет губительным, если я случайно забеременею. Я совсем выпала, когда она начала об этом говорить, но я, кажется, услышала что-то про гибель плода.

— О господи, – выдыхает Эйвери. Она выглядит такой же ошарашенной, какой я себя чувствую.

— Ага. Я не знала, что делать. И все еще не знаю.

— Ого. Не знаю, чего я ожидала, но точно не этого.

— Она хочет, чтобы я начала принимать противозачаточные.

— И что ты собираешься делать?

Когда я это слышу, мне хочется вздохнуть с облегчением. Эйвери – первая, кто поинтересовался моим мнением по этому поводу.

— Не знаю. Просто это такой серьезный шаг, я вообще еще об этом не думала.

Эйвери кивает. Ее лицо выражает сочувствие.

— Подожди секунду, я позову Лайлу. Она эксперт в таких вопросах.

Не успеваю я ответить, как Эйвери встает и буквально вытаскивает Лайлу из разговора с Паркером и Грантом.

— У Айви проблема репродуктивного характера, – говорит Эйвери, когда мы снова садимся вместе.