Танец первой жены - Полина Зорина Страница 88

Он играл с ней не для галочки, не для того, чтобы добиться моего расположения. Это было заметно. Я и раньше знала, что у Расула большое доброе сердце, но не представляла насколько.

— Уложила? – Расул повернул голову в мою сторону, как только я вошла в спальню. Лейла лежала у него на животе, фыркая и пуская слюни. Ее кулачок елозил по набухшим деснам. Футболка Расула на груди уже намокла.

Ноутбук с захлопнутой крышкой лежал на кровати рядом.

— Поработал?

— Лейла решила, что мне на сегодня хватит, – улыбнулся он.

С Эмиром было не так. Он никогда не работал дома, но для Айзы у него было строго отведенное время. Обычно час до ее отхода ко сну. Он читал ей или просто разговаривал о том, как прошел день. И даже если бы мне вдруг понадобилась помощь с ней, он бы не в «свой час» и пальцем бы не пошевелил. Раньше мне казалось это правильным. Теперь я увидела, что может быть по-другому. Я юркнула за дверь гардеробной, чтобы переодеться.

Надела сорочку, расчесала волосы, покрутилась перед зеркалом. Раньше на ночь я заплетала волосы в косу, но в этом доме я оставляла их распущенными. Потому что Расулу так нравилось. А мне хотелось нравиться ему.

Вернувшись в спальню, я убрала ноутбук на тумбочку и легла на свою сторону кровати.

— Мама пришла, – прокомментировал мое появление Расул. – Скажи ма-ма, ма-ма. Это легко. Видишь, вот так: ма-ма, – он смешно гримасничал, показывая, как двигать губами.

Лейла только фыркала и смеялась.

Я хихикнула, вовлекаясь в их игру:

— А ну-ка, скажи лучше: па-па. Папа – это же круче, правда? Он же тебя тут и катает, и развлекает, и спать укладывает. Скажи: папа! Это па-па.

— Э-э-э, не поддавайся на провокации, – притворно нахмурился Расул. – Мама же носила тебя девять месяцев, качала, кормила… Ты кого должна первой назвать?

Лейла смотрела то на меня, то на Расула. Ее забавляло такое повышенное внимание. И вдруг она совершенно отчетливо сказала:

— Па-па!

Расул застыл. Потом медленно повернулся ко мне, глаза у него сияли от восторга:

— Ты это слышала? Слышала? Она сказала папа! Это же ее первое слово! Ты моя умница! – чмокнул ее в нос, вызвав хохот Лейлы.

Я радовалась, глядя, как счастлив Расул, но все же сложила руки на груди и наигранно проворчала:

— Всего лишь совпадение! Просто повторила слоги, – но подавить улыбку так и не смогла.

— Где папа? – спросил Расул.

— Па-па! Па-па! – затараторила Лейла, хлопая Расула ладошками по щекам.

Этой ночью я ее еле уложила. Даже под грудью она отвлекалась, пытаясь перелезть через меня к Расулу и выкрикивая «папа! папа!» на все лады.

Утром Лейла продолжила свою игру.

Самозабвенно мусоля банан в сеточке, она окликала Расула со своего стульчика, и когда он к ней поворачивался, громко смеялась.

Расул нарезал сыр, а я разливала чай по чашкам. То, что мы теперь часто накрываем на стол вместе, уже не удивляло, а казалось естественным.

— Па-па! – в очередной раз крикнула Лейла, протягивая измазанные в банане ручки к Расулу.

Он подошел к ней и легонько дотронулся до кончика носа. И только отвернулся, как она крикнула снова, требуя к себе его внимания.

Наблюдая за ними, я не могла сдержать улыбку.

Но в следующую секунду за спиной раздался обиженный крик:

— Он не папа! – Я обернулась. Айза наконец спустилась к завтраку и теперь стояла в дверях кухни с потемневшим лицом. – Он не папа! Не зови его так!