Чтоб ты подавился! - Виктория Браунли Страница 89

Куда мне его положить?

Можно было сунуть его в карман пиджака Генри, но я боялась, что он меня выдаст. Ему нравилось тусоваться на вечеринке, а вот воровать могло не понравиться. Или нет? Кто его знает?

Время шло. Пора было решаться.

Стоило капитану отвернуться, чтобы показать Генри нечто за бортом, я схватила журнал и сунула его в нижнее белье. Он казался громоздким и тяжелым, особенно по сравнению с нежной, роскошной облегающей тканью платья.

Внезапно за моей спиной возникла Карла.

Черт! Я прислонилась к стене, прижимая журнал задом.

— Вы двое выглядите божественно, – проворковала она.

Я посмотрела ей в глаза в поисках признаков безумия, но выражение ее лица оставалось нейтральным.

— Пойдемте за мной, – попросила она, попрощавшись с капитаном и выходя из рубки.

Я ковыляла за Карлой и Генри, чувствуя, что журнал может выпасть из платья в любую секунду.

Карла провела нас через всю яхту, избегая палубы, на которой веселились гости. Вокруг нас слышались голоса, так близко, казалось, только руку протяни.

— Давайте вместе посмотрим фейерверки, – проворковала Карла. – У меня лучшая точка обзора.

Мое сердце бешено заколотилось. Я нервно придерживала пальцами судовой журнал, чтобы тот не выпал на палубу. Если бы я выбрала более практичную одежду или хотя бы надела менее женственное белье, то журнал был бы в безопасности.

Карла привела нас на купальную платформу.

Солнце только что село окончательно, и небеса были словно из сказки. При других обстоятельствах я была бы в восторге.

Вода плескалась по краям платформы, убаюкивая нас, будто в колыбели. Карла пригласила меня и Генри присесть на низкий белый кожаный диван напротив нее.

Мы послушались.

Я не знала, что именно чувствует Генри и разделяет ли он мои опасения. Он притих, возможно, больше, чем обычно, или я была настолько напряжена, что мне просто почудилось. Казалось, что стоит разразиться салюту, и мои нервы разлетятся на сотни мелких кусочков.

Я посмотрела на Карлу, и она мне улыбнулась.

— Расслабьтесь, мои дорогие, – попросила она, и я с трудом разжала челюсть, делая вид, будто со мной все в порядке. Это оказалось труднее, чем я думала, и мне кажется, я не преуспела. Я выдавила улыбку, но она выглядела как оскал. Надеясь, что все устаканится, я вернула лицу нейтральное выражение. Углы судового журнала впивались в спину, и я поерзала. Я отчаянно ждала возможности его пролистать и найти разгадку происходящего. Мне просто надо было немного побыть одной. Но как это реализовать?