Бывшие. Второй шанс для Золушки - Галина Колоскова Страница 9

— На мелкие расходы.

Делаю глубокий вдох и захожу. За барной стойкой стоит женщина лет сорока с усталым лицом и наращёнными, как у куклы, ресницами. Хорошо её помню. Людмила, хозяйка.

— Что, милая? – бросает она, не отрываясь от калькулятора.

Говорю через выдох:

— Я по поводу вакансии. Официантки.

Она поднимает на меня взгляд, оценивающий, пронзительный. Оглядывает фигуру. Видно есть что-то во мне внушающее доверие.

— Опыт есть?– вижу по одобрению в глазах, что меня примут в любом случае.

— Нет, – отвечаю честно.

Она взмахивает рукой.

— Ладно, научим. Смена с девяти до девяти. Два через два. Оплата – процент с заказов. С чаевыми как пойдёт. Устраивает?

Мне хочется сказать «нет». Душа сжимается в немом протесте. Но я киваю.

— Устраивает.

— Отлично. Завтра выходи на пробную смену. Форма – тёмные брюки, белая блузка. Есть в гардеробе?

Я киваю, не в силах вымолвить ни слова. Выхожу на улицу, и меня начинает трясти. Я стала официанткой. В кафе, куда когда-то приходила с шампанским и глупыми надеждами.

Первая смена – ад. Ноги гудят, спина ноет, пальцы дрожат от тяжести подносов. Запахи жареного масла, лука, мяса и сладких сиропов смешиваются в тошнотворное амбре. От них постоянно подташнивает. Я списываю это на нервы и усталость.

Клиенты разные. Есть милые, молчаливые. Но есть и такие, от которых хочется сбежать. Мужики лет сорока, заказывая кофе, смотрят на грудь.

— Эй, красотка, а ты новая? – один из них, с толстыми пальцами, унизанными перстнями, хватает меня за запястье, когда подаю ему счёт. – Не хочешь со мной вечером встретиться? Я покруче чек оплачу.

Думаю про себя: «Ящик пива и ведро пирожков?» Но прикусываю язык. Резко дёргаю руку, чувствуя накатывающую тошноту.

— Мне нужно работать.

— Ну, работай, работай… – он усмехается, и его взгляд скользит по мне, как по товару. – Подумай над моим предложением.

Уже подумала: «Я столько не выпью!»

Отворачиваюсь и бегу на кухню. Прислоняюсь к холодной стене и пытаюсь отдышаться. Унижение жжёт грудь. Чувствую себя вывалянной в грязи.

А потом приходят две мои одноклассницы. Нарядные, с идеальным маникюром и дорогими сумками. Дочки богатых родителей. Узнают меня мгновенно. Их глаза загораются любопытным, хищным блеском.

— Боже, Инна? Это правда ты? – спрашивает Алёна с деланным изумлением. – Мы слышали, ты вернулась, но не думали, что вот так… – брезгливый взгляд скользит по моей дешёвой блузке и удобным тапочкам для работы.

Усмехаюсь в ответ. Я словно вернулась в далёкое детство.

— Да, я решила пожить дома, – говорю, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Хоть чувствую, как красные пятна выступают на шее. – Что будете заказывать?

— Ой, мы не спешим, – вступает вторая, Света. – Расскажи, как там, в Москве? Правда, все такие богатые? А твой жених… Лёня, кажется? Он к нам сюда не собирается?

Они смотрят на меня в ожидании бесплатного представления. Стою с блокнотом в руке, и каждая клеточка тела кричит от стыда. Я – главная сплетня города, а теперь ещё и прислуживаю им.

— Мы мож…

— Кофе и десерт? – перебиваю их, со стальными нотками в голосе. Жаль, что нельзя, как прежде, выписать им пинок под зад. Насладиться писком родившихся с серебряной ложкой во рту.

Они замолкают, уловив мой тон. Видимо, тоже вспомнили детство.