Развод. Больше не люби меня - Даша Черничная Страница 92

А я ныряю взглядом ей в декольте.

У-у… забить бы на все, да как пещерный человек утянуть в свое логово и предаваться любви, но нельзя… нельзя.

— Прекрати так смотреть! — шикает на меня.

— Не могу, — признаюсь тихо. — Это просто мне неподвластно! И да, может, все-таки будешь ездить с водителем?

— Ни за что! Я люблю водить. Просто сегодня такой день. Устала я что-то, — говорит задумчиво. — Я быстро в душ и спущусь, хорошо?

— Конечно, Саш.

Жена приветствует домочадцев и убегает наверх.

— Что, погнали мыть руки? — подкидываю Милу, и она хохочет.

— Погнали!

Время ужина — мое любимое. Никому никуда спешить не надо, все сидят спокойно и обсуждают события сегодняшнего дня и планы на будущий день или выходные.

Дети активно едят и щебечут обо всем на свете, а Саша улыбается, глядя на них.

Я обращаю внимание на то, что она вяло ковыряется в своей тарелке, не особо налегая на еду.

Интересно, с чего бы? Обычно Саша на аппетит не жалуется.

Неужели жара так повлияла на нее?

При детях я подобных вопросов не задаю — ни к чему им это, но вот когда мы останемся наедине, непременно уточню.

— А пойдемте поплаваем, пока погода позволяет? — предлагает Саша.

— Класс! — Мила хлопает в ладоши, Веста с Федей тоже с радостью поддерживают эту идею.

Переодеваемся в купальники и встречаемся у воды.

Я жадно слежу за Сашей. Ее фигура невероятно аппетитна, и я ловлю себя на том, что неприлично пялюсь на нее.

— Тимур, лови меня!

Мила в смешной шапочке и с маской на лице подходит к краю бассейна и прыгает в воду.

Ловлю ее, кручу по воде, а она смеется во весь голос.

Взглядами сталкиваемся с Сашей, которая лежит на шезлонге и смотрит на нас с горькой улыбкой.

Не хватало еще начать реветь перед детьми.

— Сашуль, а чего это ты там одна сидишь, иди к нам! — зову ее.

— Иду я, иду.

Присоединяется к нам, и под закатным солнцем мы плаваем до последнего.

Дети расходятся по комнатам, Саша укладывает Милку, а я жду жену в спальне.

Саша заходит и сразу же идет ко мне, ложится под бочок. Целую ее в висок.

— Уснула?

— Моментально. Видимо, устала сегодня в бассейне и даже не попросила спеть ей песенку.

Тихо смеюсь. Забавная девчушка.

Саша садится ровнее и смотрит на меня так, что все сворачивается внутри в в тугой узел.

— Знаешь, — говорит тихо, — иногда я жалею, что не попросила тебя подделать документы, когда Костя проводил тест на отцовство. Сегодня узнала, что на выходных Федя не поедет к нему, так как у их класса экскурсия, а Костя сказал, что раз Феди не будет, то не надо и Милку привозить. Понимаешь, то есть она ему совершенно не нужна.

Я могу почувствовать ее боль как свою.

Притягиваю Сашу к себе и обнимаю крепко-крепко, изо всех сил.

— Не переживай, любимая, я буду любить Милку за двоих.

Плачет.

Зацеловываю ее и оплетаю коконом рук.

— Ну хочешь, подадим в суд на лишение прав Кости? Подстроим так, что ДНК покажет неверный результат? — говорю в отчаянии, потому что не знаю, как еще помочь Саше и забрать ее боль.

Ее плечи мелко дрожат. Она поднимает на меня заплаканные глаза:

— Неужели ты вправду пойдешь на любое преступление ради меня?

— Ты до сих пор этого не поняла? — спрашиваю серьезно, и улыбка замирает на лице Саши, а после она целует меня со всей страстностью и жаром. Так, что здравый смысл выключается и на его место выходит какое-то животное чувство и желание обладать этой женщиной.