Голые души - Любовь Левшинова Страница 92

Но в этом и была особенность Дрейк. Она всегда выглядела вызывающе. По крайней мере, для Криса.

Татум коротко облизнула потрескавшиеся губы, и Крис тяжело вздохнул. Казалось, Дрейк издевается, создавая лишь видимость вовлеченности, а на самом деле играет с ним, чтобы вывести из равновесия.

Но при всем своем желании поверить в такую версию событий Вертинский понимал, что это не про Тат. Если она внимательно слушает – она действительно слушает. Тем более он не говорил на отвлеченные темы, а давал конкретные советы по построению бизнес-плана для осуществления ее мечты.

Крис улыбнулся. Ему нравилось быть нужным.

Нет.

Ему нравилось быть нужным Дрейк.

— Ты прям разбираешься в этом… – восхищенно протянула Тат, подперев щеку кулаком.

Через полтора часа активной интеллектуальной работы бумаги были отложены, своей очереди ждала еда. Милый итальянский ресторанчик на Владимирской не обязывал к выгулу бриллиантов, но оставлял пару в уютном уединении и теплом освещении за дальним столиком. Крис усмехнулся, накручивая пасту ложкой на вилку.

— В мой проект торгового центра не за красивые глаза инвестировали. – Парень улыбнулся. Он был отчасти рад, что Тат наговорила ему тогда гадостей: это цепной реакцией привело к тому, что он уже два часа кряду может смотреть в ее темные глаза. – А ты как думала?

— За мои красивые глаза, – почти серьезно произнесла Дрейк, но улыбнулась. Отпила из бокала воды и задумалась. – Но ты так переживал за наш спектакль…

Несмотря на абсолютную очевидность ситуации, Татум о таких вещах не задумывалась. Разумеется, одной игры в отношения не хватило бы, чтобы серьезные люди инвестировали в проект Вертинского немалые деньги, но Дрейк была слишком увлечена моментом, чтобы размышлять об этом.

От хмельного привкуса игры Татум действительно начала верить, что решающим шагом был вопрос: держатся влюбленные за руки или нет.

— Был бы хреновый бизнес-план – и мюзикл «Кошки» в нашем исполнении не помог бы. – Крис пожал плечами, подтверждая мысли Дрейк. – К мелочам они придираются, когда уже все решили, но артачатся из вредности. Тогда на сцену и вышли мы. – Он тепло улыбнулся. – Остальных, если упереться рогом, я бы и так уломал. Это у отца свое понимание того, как все должно быть. – Крис покачал головой и чуть недовольно поджал губы. Затем будто бы опомнился. – Кстати, знаешь что?

— Что?

Тат поставила локти на стол, ладонями подперев щеки, и внимательно, с детским любопытством посмотрела на парня. Ей чертовски нравились моменты, когда Крис увлеченно о чем-то рассказывал. Его голосом, жестами и уверенной, красочной речью хотелось наслаждаться вечно.

— Не сработало.

— Что не сработало?

— Наш спектакль, – пояснил он и усмехнулся. – Вернее, он сработал, но не так, как мы думали.

Тат удивленно хохотнула и настороженно вскинула брови.

— А как?

Крис улыбнулся. Ему нравилось находиться рядом с Татум, разговаривать с ней. А ведь он вел себя как идиот. Уже привык, стал зависимым от ее присутствия, улыбки, странных анекдотов. И когда Дрейк захотела уйти, убедил себя в том, что делает ей одолжение, предложив встречаться.

Во главу угла встало наигранное снисхождение, он только сильнее ее оттолкнул.

Второй раз лучше не стал: увидев свою плохую игру, Крис подумал, что все осознал. И начал давить, ставить в тупик, будто он лучше знает, как надо. Поставил свою нуждаемость ребром и сделал Тат виноватой в ее отсутствии в его жизни.