Шёпот. Игра началась - Александр Паулан Страница 93

Я надела мамин теплый халат, спустилась на кухню и залила клубничный «Несквик» кипятком. Мама по привычке продолжает его покупать, а я думала, что не смогу его больше пить. Еще раз себя удивила.

Звонок на ноутбуке прозвучал так громко, что я дернулась и облила стол напитком.

— Вот черт! – Я отряхнулась и подошла к ноутбуку.

Надеюсь, это не та дрянная девчонка-призрак научилась пользоваться современными технологиями. Но, к счастью, это была мама.

— Дорогая! Ты как? – спросила она с широкой улыбкой на лице.

Мама в гостиничном номере, неестественно белом и аккуратном.

— Нормально, – уклончиво ответила я. – А ты как?

— Ой, тут так все завертелось! Но завтра вечером я точно приеду. Ты там нормально питаешься?

— Конечно, нормально! – Я поднесла кружку к камере. – Видишь, какао пью.

— Просто ты очень печально выглядишь, я переживаю.

От мамы мое настроение не ускользнуло, хоть я и пыталась спрятаться за шрамами, которые сама на себе и оставила.

— Ты тоскуешь? Вы поругались с Маттео? – продолжила она.

— При чем тут он? – Мне захотелось захлопнуть ноутбук, но я постаралась изобразить безразличие.

— Тоска, Айрис, тоска в глазах… Зря я тебя оставила!

Тоска в глазах… Это как гром, который шумит за окном и врывается в мою память.

— Мам, расскажи мне про прабабушку, – попросила я.

— Зачем? – Мама настораживается.

— Просто нужно для семейного древа, проект по истории.

— Не думаю, что ее история тебе подойдет.

— Почему? Ты же говорила, что мы похожи!

— Да, но кроме внешности, у вас ничего общего. К сожалению, у нее печальная история. Не хочу даже погружать тебя в это!

— Мам. Мне нужно знать про нее все. ВСЕ.

— Айрис. – Мама заерзала на кресле. – Ладно. Твоя прабабушка была доброй, красивой, заботливой. Но, к сожалению, с депрессией в то время не умели работать.

— И что случилось дальше?

— Она решила, что прожила достаточно. – Мама хлопнула в ладоши. – Все, Айрис! Это не тот разговор, который я себе представляла. Хочешь, я тебе расскажу о встрече с издателями?

— Конечно, – я попыталась изобразить любопытство, но мое внимание было далеко от маминого рассказа.

Может быть, это какое-то семейное проклятие? Вдруг моя прабабушка тоже столкнулась с призраком? Как же все запутано!

Пап, если ты меня слышишь… подай знак!

Глава 10. Меланхолия

Возьми меня за руку.

Утро. Чертово утро. Даже солнце сквозь дождь пыталось пробиться своим медным лучом, который слепил глаза. Я так и уснула в гостиной. Хотя ночью чувствовала, что меня зовет Эзра, но не могла заставить себя встать с дивана. Пыталась забыться во сне. Надеялась, что проснусь в своем прежнем доме. Счастливой и беззаботной. Папа жарит сосиски на завтрак, мама пишет книгу, подруги пишут сообщения. Но реальность не меняется. Она такая, какой мы ее заслуживаем. И моя – с привкусом уныния, хандры и холодных капель, отстукивающих тихими падением слово ОДИНОЧЕСТВО.

Сколько мне с ним, с этим одиночеством, жить? Неделю, месяц, год. Или всю жизнь. Наш выбор – тяжелый путь среди громких голосов чужих ожиданий, и самое важное в нем – выбрать себя.

Но я потеряла себя в тот самый день, когда офицер Рамирез принес в наш дом самую страшную весть. Переезд, новый дом, школа, люди… Ничто не помогло мне найти себя, несмотря на некоторые моменты, которые яркими счастливыми вспышками салюта появлялись в моей жизни в Фоггилейке. Салют – секундная красота, которая приносит мимолетное счастье, умирая. И как бы я ни старалась, настоящую радость я больше не могу испытывать.