Только попробуй влюбиться! - Аксинья Карпова Страница 96

— Хорошо, проходи, – пожала плечами мама.

Что привело Леру сегодня ко мне? Разве она не должна вовсю готовиться к перелёту в… куда они там летят? Точно не помню. Впрочем, это и не важно. Я была уверена, что в последних числах декабря моей двоюродной сестре будет не до всей этой темы с Любимовым. Однако как же я ошибалась…

Мы прошли в комнату. Я села на диван в ожидании «приговора». Как только дверь в комнату закрылась, Лера тут же принялась меня отчитывать:

— Вот кому я доверилась? А? Ты совсем отбилась от рук!

— Говоришь, как будто моя воспитательница в детском саду, – вырвалось у меня.

— Очень смешно, – скривилась сестра, – ты мне лучше скажи, как это понимать?

— Ты о чём? – искренне спросила я.

— Не понимаешь? Сейчас покажу, – она достала телефон и протянула мне.

На экране отобразился пост со странички нашего универа. Местные журналисты писали что-то про футбол и… про нас с Любимовым. Я полистала статью, пытаясь бегло прочесть текст. Внизу поста увидела фотографии. На них были изображены мы с Егором, стоящие в обнимку и такие… Счастливые? Папарацци даже успели запечатлеть поцелуй в щёку. Надо же, какие быстрые.

— И что тебе не нравится? – спросила я, отдавая телефон сестре.

— Неужели ты так хорошо играешь?

— Ты о чём?

— Признайся, ты ведь в него сама влюбилась, да? Нельзя так играть. Я тебя такой никогда не видела.

Я опустила глаза. Понимала ведь, что рано или поздно придется поговорить с Лерой. Но неужели обязательно обсуждать это прямо сейчас?

— Мне скоро на репу, – тихо пробормотала я.

— Ну конечно, тебе ведь больше ничего не нужно! Ах нет, теперь нужно. Любимов, да? Считай, помогла сестрёнке сойтись с парнем, супер!

— А что тут такого? – осторожно спросила я.

— Что такого? А то, что он меня, твою сестру, обидел, это ничего? – повысила голос Лера.

— Он сказал, что ни с кем не встречался уже давно.

— И что? Ты веришь ему, а не мне?

Я посмотрела на сестру. Слишком много в моей жизни было ситуаций, после которых доверия к ней поубавилось.

— Чего молчишь? Сказать нечего, да?

— Лер, скажи правду, что ты задумала?

Лера сложила руки на груди и пристально посмотрела на меня.

— Вы не будете вместе, поняла? – медленно, но очень твёрдо произнесла она.

— И что же ты сделаешь?

— Узнаешь, – она ядовито улыбнулась.

— Зачем тебе это? Лер, зачем ты это вообще всё придумала?

— Я хотела его наказать. Чтобы ему стало больно.

— Зачем? – Перед моими глазами встал образ расстроенного Егора. Так он выглядел во время нашего разговора про его семью.

— Потому что он сделал больно мне. И вообще, Стефа, я свою часть выполнила, а ты свою нет. Поэтому тебе необходимо бросить его.

— Давай перенесём разговор на будущий год, – взмолилась я.

— Нет, Стефа, нет.

— Почему ты так?

— Всё должно идти по плану. По моему плану, понимаешь?

— Но люди не игрушки, так нельзя…

— Но ты ведь на это пошла, – усмехнулась она, – ты ведь пошла на всё ради своего театра, да? Самая правильная и совестливая Стефа смогла это сделать. Так доведи до конца начатое.

Доля правды в её словах всё же была. Как бы я ни обвиняла Леру в её безумных идеях, никто меня не заставлял в них участвовать. Я по своей инициативе согласилась. Да, пыталась спасти театр, но какой ценой?

— Молчишь? Ну молчи. Подумай, у тебя есть немного времени. А я пойду, мне и вправду собираться пора, – сказала Лера и покинула комнату.