На краю несбывшихся надежд - Оксана Ласовская Страница 99

Внезапно страшно, заунывно завыла собака. Или не собака? Мороз прошелся по коже, а сердце, казалось, вовсе перестало стучать. Я невольно замедлила шаг. Внезапно из темноты появились два светящихся глаза и понеслись по направлению ко мне. Закричав, я попыталась закрыться руками и рухнула на землю, потеряв сознание.

Степан вернулся домой спустя час после побега Миры. Открыл дверь и щелкнул выключателем.

— Мира! — позвал он. — Мирослава! Ты где?

Ответом была тишина. От этой тишины внезапно стало страшно. Забыв разуться, Степа вихрем промчался по квартире, заглядывая в спальни, кухню и напоследок в ванную. Миры нигде не было.

— Ерунда какая-то, — пробормотал он. — Куда он делась?

Вытащив телефон, Степа набрал номер сестры, и он тут же отозвался веселой мелодией.

— Проклятие! — выругался он. — Ну и где тебя теперь искать?

Подойдя к телефону, он открыл экран и увидел СМС от Димы. У него потемнело в глазах.

— Негодяй! Сволочь! — он осыпал проклятиями своего несостоявшегося родственника, в то же время набирая его номер, горя желанием высказать ему все, что о нем думает.

Дима долго не отвечал, а когда, наконец, раздался его глухой голос, Степан был на крайней точке кипения.

— Мира? Мирочка, это ты? — спросил Дима и простонал.

— Нет! Это не Мирочка! — рявкнул Степан. — Слушай меня, сволочь. Ты… как ты мог бросить ее в такой день? «Прости, если сможешь»? Ты всерьез считаешь, что такое можно простить?!

— Степа? — голос Димы был еле слышным. — О чем ты, я ничего не понимаю! Кто кого бросил? Где Мира?

— Я не знаю, где Мира! Но если из-за тебя с ней что-то случится, я… я… я… Да я убью тебя, слышишь? Что же все вокруг такие твари, а? Мира добрая, чистая, светлая, она всех всегда жалеет и прощает, а вы все только пользуетесь этим и предаете ее! Ненавижу!

Не помня себя от ярости, Степан швырнул телефон об пол, и он тут же отключился.

— Где искать-то тебя, где искать…

Степан метался по тесной гостиной, не находя себе места и не зная, что предпринять. Он лихорадочно соображал, куда могла податься сестра. Думать о самом страшном не хотелось, хотя сердце предательски замирало при этой мысли. Мира была в таком состоянии, что запросто могла пойти и броситься с моста или еще, что в этом роде.

— Господи, зачем я ее бросил?

Схватив справочник, Степан методично обзвонил все больницы и морги. Нигде не было его сестры, но это не успокаивало.

— А может, она домой подалась? В деревню?

Мысль была глупой, и Степа понимал это. Родной дом — это последнее место, куда могла броситься в отчаянии Мира, но кто знает, что могло повернуться у нее в голове?

Набрав номер, он долго слушал гудки, пока, наконец, ему не ответили.

— Мам, — отозвался Степан, и голос его дрогнул. — Мам, это я.

— Степа? — мать была на удивление трезвой. — Ты, что ли?

— Да. Мам, как у вас дела?

— Да ничего, живем помаленьку. Живу. Василий ушел.

— Как ушел? — поразился Степан. — Когда?

— Да уж месяц как. Меня с работы уволили, денег не стало, вот он и ушел. Вот так-то, сынок… Я думала, он просто так со мной, а он… Как все мужики. Соседи говорили, вы приезжали сегодня? Почему же не зашли? Не нужна уж мать совсем?

— Мам, не говори ерунды. Просто… Мира была не в том состоянии, чтоб в гости идти. Ты же наверняка уже знаешь, почему мы приезжали.