Утесы - Джули Кортни Салливан Страница 105

— А мне не терпится рассказать, – ответила Джейн.

Она рассказала обо всех членах семьи Литтлтон, объяснила, кто они и что с ними стало. После каждого имени Женевьева кивала, будто уже знала их и мысленно вычеркивала из списка.

— Я оставила самое интересное напоследок, – сказала Джейн.

Женевьева наклонилась к ней.

Джейн достала из сумки телефон.

— Фотография, – объявила она.

Фотограф запечатлел Ханну Литтлтон, с улыбкой глядевшую на мужа. На ней было темное платье с высоким воротником. У нее было худое лицо со впавшими щеками; она зачесала волосы наверх и заколола, но не аккуратно, а будто в спешке.

Мэрилин Мартинсон прислала фотографию после того, как они с Джейн поговорили, но не ответила, когда Джейн ее поблагодарила.

Джейн не стала уточнять, откуда у нее фотография. Ей почему-то казалось, что зря она позвонила Мэрилин. Это определенно выходило за рамки того, о чем просила ее Женевьева. Лучше об этом не распространяться, решила она. Особенно учитывая, что Мэрилин после разговора фактически бросила трубку и больше не подходила к телефону и не перезванивала.

Женевьева мельком взглянула на фотографию и тут же показала снимок сыну, который скучающе на него посмотрел.

— Присмотрись к этой женщине, сынок, – попросила Женевьева. – Присмотрись внимательно. Она никого тебе не напоминает?

Бенджамин не отреагировал, Женевьева отдала Джейн телефон и спросила:

— А про Элизу удалось что-то выяснить?

Джейн растерялась.

— Служанку?

— Нет, думаю, она была чьей-то сестрой.

— Хм, – задумалась Джейн. – В семье жила служанка, Элиза, но она не приходилась Литтлтонам родственницей. А вы знали, что здесь была гостиница? Уже после Литтлтонов. Она называлась «Лейк-Гроув Инн».

Эта информация, казалось, совсем не заинтересовала Женевьеву.

— Слышала, что предыдущий владелец бросил вывеску гостиницы в подвал. Посмотрите, может, она еще там, – сказала Джейн.

— Точно нет, – отмахнулась Женевьева. – Я все вывезла на свалку. – Она не спеша отхлебнула вина. – Мусорщик приезжал двенадцать раз. Прежние владельцы оставили после себя кучу хлама.

В доме были прекрасные ковры и мебель. Картины в рамах на стенах. Старинная посуда. Кукольный домик. В кладовке все полки доверху были заставлены красивым стеклом. Неужели новой хозяйке не захотелось ничего оставить?

— Но вернемся к Элизе, – оборвала ее мысли Женевьева. – Вы уверены, что она не приходилась Литтлтонам родственницей?

— Да, уверена, – ответила Джейн. – Потомки Литтлтонов до сих пор живут здесь, в Авадапквите. Их дальняя родственница прислала мне генеалогическое древо, я могу проверить, если хотите, но в то время люди не нанимали в служанки членов семей.

— А как вы думаете, у этой родственницы не может быть фотографий Элизы? Или, может, у кого-то еще из потомков?

— Фотографии служанки давно умерших предков? Сомневаюсь.

— Тогда не надо ничего выяснять, – отвечала Женевьева. – Признаюсь, я прежде всего надеялась раздобыть фото Элизы.

— Но зачем оно вам?

— Показать Бенджамину.

Ответ Женевьевы ничуть не прояснил ситуацию для Джейн, но она не стала допытываться.

— Вряд ли мы найдем фотографию Элизы, учитывая, в какое время та жила.

Женевьева, кажется, расстроилась, но потом приободрилась.

— Вряд ли? Но это все-таки возможно?

Джейн с досадой усмехнулась: