Мемуары мавра - Лайла Лалами Страница 12

Потом из-за стены деревьев появился отряд индейцев. Некоторые были наги, но у остальных срамные места были прикрыты звериными шкурами, раскрашенными синими и красными узорами. В руках они держали оружие из звериных костей и обожженного дерева – пики, луки или пращи. Но они не угрожали нам. Их было около сотни. Какое-то время стороны рассматривали друг друга с любопытством ребенка, впервые увидевшего собственное отражение в зеркале. Потом губернатор неспешно взобрался на лошадь, и его примеру последовали другие офицеры, имевшие коней. Паж выдернул из земли воткнутое древко штандарта и поднял его вверх. Штандарт губернатора захлопал на ветру.

— Альбанис! – позвал губернатор.

Помимо того что он был официальным нотариусом экспедиции, в обязанности которого входило хранение всех ее договоров и прошений, сеньор Альбанис отвечал также за ее описание на протяжении следующих нескольких месяцев. Его присутствие в момент первой встречи с индейцами заставило меня вспомнить об отце, который мечтал, чтобы я, как и он, стал нотариусом, который свидетельствует и записывает основные события в жизни других людей. Мне показалось, что это стремление моего отца, от которого я так легко и бездумно отмахнулся много лет назад, никогда не оставит меня, что я буду получать напоминания о нем везде, куда бы ни отправился, даже здесь, в этой чужой земле. Но, наверное, мечты отца о моем будущем все же в конце концов сбылись, потому что сейчас я, по своим собственным причинам, излагаю здесь события экспедиции Нарваэса.

— Скажите дикарям, чтобы они отвели меня в Апалач, – приказал губернатор.

Разговаривать с индейцами напрямую он полагал ниже своего достоинства.

С видом слуги, которому поручили утомительную работу, сеньор Альбанис спешился и вышел вперед.

— Это, – произнес он, указывая за спину, – Панфило де Нарваэс, новый губернатор этой части суши на основании пожалования от Его Императорского Величества. Он желает прийти в царство Апалач и встретиться с его главой, чтобы обсудить вопросы большой важности для обоих наших народов. Он хочет, чтобы вы отвели его туда.

Не то индейцы не поняли распоряжения нотариуса, не то отказались его исполнять – догадаться было невозможно. Они безмолвствовали. Я пытался отыскать взглядом их вождя, но никак не мог определить: то ли это человек в головном уборе из жесткого животного волоса, то ли тот, у которого больше всего татуировок.

— Отведите нас в царство Апалач! – повторил сеньор Альбанис, на этот раз громче, сложив ладони рупором у рта, чтобы его голос донесся дальше.

Один из индейцев присел на корточки, любуясь видом этого человека в железном костюме и шляпе с пером, который кричал и размахивал руками перед ним.

— Царство Апалач! – снова крикнул сеньор Альбанис.

К этому времени плоты совершили еще один переход через реку, и на берегу высадились новые люди – солдаты, поселенцы, слуги и пленники. Они присоединились к нашему отряду без лишних слов. Теперь нас было больше, чем индейцев.

— Можете прекратить, Альбанис, – сказал губернатор и обернулся через плечо. – Приведите пленных.

Приказ передали по цепочке, и один из пехотинцев привел пленников. Поскольку я всегда был рядом с хозяином, ближе к голове колонны, то пленников не видел с самого нашего выхода из Портильо, рыбацкой деревни. Теперь они, еле плетясь, вышли вперед. Руки их были связаны куском веревки, привязанным к поясу солдата. Их тела были иссечены хлыстом, а руки и ноги отощали на самом скудном из всех пайков. Один из пленников склонил голову, что показалось мне неестественным, пока я не заметил дыру на том месте, где у него был нос. По краям провала образовалась корка из засохших соплей и крови. Мухи непрестанно вились вокруг него, а он даже не мог отмахнуться со связанными руками. Я отвел взгляд в сторону от ужасного зрелища. Мне показалось, что я увидел то, чего никогда не должен был увидеть.