Проект по дружбе - Юля Артеева Страница 126

Оставляю торопливые мимолетные поцелуи у них на щеках. А потом оглядываюсь и чувствую внезапный прилив слабости. На мгновение мне кажется, что я не смогу. Мне хочется сбежать и залезть обратно под одеяло. И пусть делают со мной что хотят!

Но я напоминаю себе, что старая Женя обратилась в пепел. А новая не имеет права на слабость – по крайней мере, сегодня.

Поэтому я расправляю плечи и иду вперед. Ярик держит меня за руку, а слева пристраиваются Вадик и Антон. Это определенно придает мне смелости.

В наушниках на повторе играет песня, которая напоминает, что мне не стыдно, не больно и не страшно.

Я еще сильнее расправляю плечи и болезненно выпрямляю спину. И наконец ловлю определенный кайф от того, какую силу в себе чувствую. Я смогла. И что вы мне противопоставите? Тонну неудачных фотографий и миллион скабрезных анонимных комментариев? Да я вас перекушу в секунду.

Тит веселит меня, отвешивая бесконечные шуточки, и я искренне начинаю смеяться. Когда добираемся до нужной аудитории, я уже хохочу на весь коридор и, конечно, наслаждаюсь тем, какими обескураженными взглядами меня провожают студенты. Особенно девочки.

Наверняка они все видели. А многие еще и подливали масла в огонь. Так пусть подавятся.

У дверей аудитории мы прощаемся с Антоном. Он берет меня за плечи и целует в щеку. В этот момент чувствую, как Яр сильнее сжимает мои пальцы.

Долин салютует ото лба четырьмя пальцами и говорит:

— На перерыве в столовке?

— На перерыве в столовке, – подтверждает Вадик, серьезно кивая и повторяя его жест.

В дверях мы немного задерживаемся. Чуть подталкиваю Яра в спину и, когда он проходит, быстро спрашиваю у Вадика:

— Сделаешь то, о чем я попросила?

— Уже в работе, Гольцман, не ссы.

Я подмигиваю ему и тоже захожу внутрь, каменея лицом. Теперь нужно сосредоточиться на учебе. Не помню, когда последний раз так наплевательски относилась к лекциям и посещениям. Ярик был прав, мне стоило немного расслабиться, но пускать все на самотек – точно не выход.

Я иду по проходу уверенным шагом и впервые за долгое время сажусь на старое место, рядом с Алиной. Она отвечает мне шокированным взглядом. Я же невозмутимо раскладываю ручки и достаю свою большую тетрадь.

— Что? – наконец интересуюсь, когда мне уже кажется, что ее глаза вот-вот выпадут из орбит.

— Почему ты села со мной?

Я делано равнодушно жму плечами:

— Захотелось.

Алина замолкает и какое-то время конспектирует лекцию. Но все время на меня поглядывает. Я начисто игнорирую, концентрируюсь на материале. И даже когда Ярик стучит меня по спине ручкой, я шиплю ему:

— Занята!

Он едва слышно смеется:

— Ну ты и злючка, Гольцман, я даже соскучился по этому.

— Наслаждайся, – самодовольно бросаю через плечо.

И Тит отзывается радостным хохотом. Тут же осекается и поспешно говорит преподу:

— Виноват! Простите, больше не буду, анекдот вспомнил.

Уже ближе к концу Алина снова наклоняется ко мне и шепчет:

— Жень, я виновата перед тобой. Прости, я не должна была ничего рассказывать Антону.

— Не должна была, – безразлично соглашаюсь я.

— Извини меня.

Я, стараясь скрыть волнение, начинаю бездумно подчеркивать конспект цветными ручками. Когда буду перечитывать, вряд ли разберусь. Снова приподнимаю плечи в знак того, что мне не особенно важно ее раскаяние.