Хозяйка дома Бхатия - Суджата Масси Страница 176

Тут в разговор вступила Первин:

— Мы привезли ребенка, который очень плохо себя чувствует, по настоянию доктора Мириам Пенкар.

— А, гинеколога, она в городе работает. – Доктор Мехта бросил на Первин досадливый взгляд. – А кто вы такая, мадам?

— Первин Мистри, поверенный. – Первин не сводила с доктора взгляда. – В доме у пациента недавно был случай отравления, некоторые симптомы у Ишана те же, что и у его деда, скончавшегося от отравления ацетатом свинца. Возможно, вы слышали про это? Об этом писали в газетах.

— Вы имеете в виду сэра Дварканатха? – Врач снизил тон голоса, явно из уважения.

Ума взглянула на Первин, как бы ища подтверждения, нужно ли здесь пользоваться семейным статусом.

— Да. Мой Ишан его внук.

Голос доктора Мехты слегка потеплел; он заговорил с Ишаном. Достал из сумки фонарик на батарейке и попросил:

— Мальчик, открой, пожалуйста, рот. Мне нужно заглянуть внутрь.

— Он плохой! – выкрикнул Ишан, зарываясь лицом в материнскую грудь.

— Ишан-бета, ну пожалуйста. Открой ротик пошире. У доктора волшебный фонарик! – принялась уговаривать мальчика Первин.

Когда тот наконец разжал губы, доктор Мехта посветил внутрь. Спросил негромко:

— А горлышко у тебя болит, Ишан?

Ишан тут же захлопнул рот и ответил, что нет.

— Горло не красное, это хороший знак, – бодро сообщил Уме доктор Мехта.

— Доктор, а вы не заметили синей полоски у него на деснах? – спросила Первин.

— Нет. Я не видел ничего подобного.

— Вы не могли бы посмотреть еще раз? – с заискивающей улыбкой спросила Первин.

— Ишан, пожалуйста, открой ротик еще раз. А потом я тебе дам конфетку. – Ума открыла сумочку и достала оттуда ладду[68].

Ишан послушался, и доктор вглядывался довольно долго. Потом убрал фонарик и посмотрел на обеих женщин.

— Десны действительно выглядят несколько необычно. Я считаю необходимым взять анализы крови и мочи на предмет токсинов.

— Спасибо за вашу дотошность. – Первин подчеркнуто не стала упоминать, что осмотр произошел только по ее настоянию. – У лорда Бхатия симптомы проявились в четверг, и через двое суток он скончался.

Врач снова повернулся к Ишану:

— Мальчик, ты грыз игрушки?

— Нет! – Ишан надулся. – Я игрушки не ем. Я не маленький!

Первин достала пудреницу, которую обнаружила в детской.

— Помимо прочего, изучите, пожалуйста, и вот это. Я слышала, что иногда в косметике содержится свинец. Мы привезли и другие вещи…

— Это моя штучка! – возмутился Ишан. – Отдайте!

— Нельзя. А у тебя мишка есть! – попыталась успокоить его Ума.

Ишана она явно не убедила, поэтому Первин решила вмешаться:

— Смотри, мишка испугался, его нужно погладить. Ему страшно в незнакомом месте.

Ишан перестал плакать и прижал медведя к себе, а Ума с благодарностью взглянула на Первин. Чуть слышно прошептала:

— Трудно поверить, что у вас нет детей.

Первин не ответила, но внутри разлилось тепло.

Доктор щелкнул замочком, открыл пудреницу. Вгляделся в бело-розовый порошок, нахмурил брови.

— Я обязательно отдам это на анализ.

Положив пудреницу на поднос, врач вымыл руки и продолжил осмотр – прощупал Ишану живот, тот вскрикнул. Осмотрел конечности, а потом сказал:

— Нужно, чтобы медсестра взяла у него кровь и образцы других жидкостей. Думаю, его придется оставить здесь на ночь, а может, и дольше.