Забег на невидимые дистанции. Том 1 - Марьяна Куприянова Страница 282

— [Ohrenyet’], – пробормотала она.

Офицер с интересом следил за ее реакцией, чуть склонив голову. Ему еще не доводилось видеть на лице подопечной смесь испуга, отвращения и растерянности. Нина, которая чего-то боится. Это что-то новенькое. Пользуясь моментом, он заговорил:

— Я понимаю, ты совсем не знала их. Но все же, как думаешь, они могли употреблять наркотики?

Вопреки ожиданию, вопрос ее не удивил.

— Не знаю. Наверное, могли. Они были достаточно отбитыми для этого.

Офицер кивнул, одновременно принимая информацию и благодаря за нее.

— В любом случае вскрытие покажет.

— Мне, видимо, нельзя об этом кому-то рассказывать, – как бы спросила Нина.

— Нельзя. И дружку своему скажи, чтобы держал язык за зубами. Не нужно заставлять всех трястись в одном ботинке[26].

Он вытащил эту пословицу из своей памяти, как фокусник вытаскивает кролика из шляпы. Очень эффектно, а главное, к месту. Вроде ничего такого не сказал, но намек сделал. Жирный такой намек. Лицо у Нины дрогнуло, она тоже прищурилась.

— А я думала, ты не понимаешь переносных значений.

— Когда мне нужно, я понимаю все.

Девочка стояла в шаге от него безо всякой неловкости, опустив руки по швам, и надпись на ее футболке (Too stupid to understand science? Try religion!) находилась прямо напротив глаз. Можно было сделать всего одно движение, чтобы Нина оказалась у него на коленях. Но Клиффорд не позволял себе прикосновений. Вообще никаких. Здесь проходила строгая черта, пересекать которую воспрещалось. Вместо этого он сплел пальцы на животе и прищурился, покусывая краешек верхней губы.

Чтобы сбавить градус напряжения, он шутливо предположил, что у Нины, должно быть, есть тайный покровитель. Девочка подыграла, высказав гипотезу, а не Ларс ли это с ними сделал. Лоуренс заявил, что, конечно же, не он, потому что, если бы это был он, тела бы не нашли, и чуть-чуть улыбнулся. Нина не знала, что ей думать по поводу этой фразы и особенно этой улыбки. Впоследствии она много об этом размышляла. Выводы ей не нравились.

Затянувшееся молчание прервал вежливый стук в дверь. Ларс поднялся и молниеносным движением снял фуражку с головы подопечной и надел на свою.

— Войдите.

Это была психолог. Извинившись за опоздание, женщина поспешила забрать девочку. Не успели они выйти из кабинета, офицеру позвонили и вызвали на брифинг по поводу найденных тел. Из-за звонка Нина и Клиффорд ничего не сказали друг другу напоследок, но прямо перед дверью девочка обернулась, и он коротко кивнул ей, нависая над столом с трубкой у уха.

Обычно сеанс длился от сорока минут до часа (рекомендуемое время для школьников), а сколько займет брифинг, Лоуренс мог только догадываться, поэтому неизвестно, пересекутся они с Ниной сегодня еще раз или нет.

Подчиняясь смутному беспокойству, Клиффорд ушел в конференц-зал на втором этаже, решив не закрывать дверь. Когда он вернулся через полтора часа, измученный патетической болтовней о том, что работать надо лучше, что преступность растет, что не тем занимаемся, и вошел в кабинет, толкнув дверь громче обычного, то сразу замер и дверь придержал. Девочка дремала в кресле, поджав ноги и сжимая в ладони какой-то листок.

«Ну и что мне с тобой делать? – умилился Ларс, тишайше прикрыл дверь и подкрался к ней, не отводя глаз. Все ждал, что Нина вот-вот проснется и напугает его, но она не просыпалась, позволяя любоваться собой. – Так вот как ты выглядишь, когда спишь. Невинный ангел. Славный, совсем не опасный ребенок».