Чернобыль, любовь моя - Надежда Петренко Страница 57

Это было наивно, чтобы не сказать глупо. Я не имела опыта схваток с системой и еще не знала, что не было у меня никаких шансов выйти из них победительницей. Обойти систему было не так просто, как я надеялась. Называть какие бы то ни было, любые цифры было строжайше запрещено. И чтобы, не дай бог, не просочилось в газеты чего-то недозволенного, материалы вычитывались и правились генеральным директором «Комбината», замом председателя Правкомиссии, ее председателем, редакторами газет и инструкторами ЦК…

17.08.1987

Мне позвонила моя лучшая и любимая подруга Федька. Она была актрисой и приехала в Киев сниматься в кино.

Боже, как захотелось ее увидеть, этого человека из другого мира! Хотя было даже страшно, странное такое ощущение: казалось, я в Зоне уже вечность, и за эту вечность я вымоталась и одичала так, что даже не верилось, что где-то существует другая жизнь, чистый воздух, что я могу еще вернуться туда и меня там узнают… А ведь прошло-то всего лишь неполных две недели!.. Я попыталась отпроситься у шефа на один день в счет межвахтового отдыха. «Даже и не мечтай», – отрезал Валенко. Потом вдруг зашел ко мне. На лице его мелькала довольно гнусная улыбочка.

— Старуха, я тут прикинул обстановку и понял, что мне тоже надо в Киев. Так уж и быть, могу тебя подбросить. А завтра вместе вернемся, к обеду.

Мне стало ясно, что за этим предложением кроется еще одно. А шеф продолжал, развеивая последние сомнения:

— Кстати, у меня в Киеве квартира, партия дала в награду за чернобыльские заслуги перед Родиной. А жена сейчас на юге отдыхает. Можешь у меня переночевать.

«Можешь» значит «должна», понять ума хватило… И у меня созрел план.

— Александр Михайлович! Как здорово! Большое спасибо.

Прибежав домой, чтобы переодеться в свою одежду, я быстро позвонила Вовке, обрисовала ситуацию и изложила свой план.

Ближе к вечеру мы с Валенко выехали на отдельской машине с шофером, миновали пожелтевшие поля со знаками «Осторожно, радиация!», и вот – о благословенный миг! – впереди показался КПП. Граница Зоны! Господи милостивый, неужели я вырываюсь отсюда? Неужели наконец пройдусь по «чистой» земле? Вдохну полной грудью? Увижу нормальных людей в городской одежде?..

Я еще не верила этому счастью, как мы проскочили КПП. Без радиационного контроля. Без досмотра. «Наденька, – неожиданно ласково назвав меня по имени, шеф объяснил, – машины отдела, как и Правкомиссии, не проверяют. Спецдопуск!»

Шеф не знал одного: сзади на попутке мчался мой Володька.

Дорога змеилась среди леса, и мое внимание привлекли рыжие прогалины в сосняке. Так как мы были уже вне Зоны, я подумала, что странно это! Но не успела задать шефу вопрос, потому что впереди, на обочине, мы увидели паренька, на руках и шее у которого висели какие-то гирлянды… Грибы! Крепенькие свежие белые, нанизанные на длинные нитки! Валенко приказал остановить машину.

— Вот и наш ужин! Мы ведь заслужили вечер отдыха, а, старуха? – подмигнул он мне.

— Александр Михайлович, разве здесь можно есть грибы? Он их не в Зоне ли собирал?

— Конечно, в Зоне… А если и нет, разницы никакой, они тут везде одинаково радиоактивные… Ну, прибавится у тебя какого-нибудь цезия в организме – зато удовольствие получишь! Ты так или иначе его в Зоне наглотаешься, зато безо всякого удовольствия!..