Хозяйка дома Бхатия - Суджата Масси Страница 65

— Мне нужно купить карандаш. – Первин схватила горсть монет, не глядя на их достоинство.

— В расходы внесете? – напомнил Мустафа, но она уже выскочила за дверь.

Молодую женщину с мальчиком и младенцем Первин настигла в самом конце Брюс-стрит. Мальчик обернулся, заслышав ее стремительные шаги. Вблизи она увидела, как выпирают его ребра. Вложила рупию ему в ладонь.

Женщина стремительно обернулась, обхватила его рукой, будто пытаясь защитить.

— Не трогайте моего сына!

— Я просто пытаюсь ему заплатить, – пояснила Первин, отметив, что на вид матери даже меньше шестнадцати, хотя с таким осунувшимся лицом она скоро будет выглядеть старухой.

— Покажи! – приказала женщина сыну, а увидев монету, растерянно уставилась на Первин.

— Я хочу купить карандашей. – Первин улыбнулась.

Женщины редко торговали на улицах Форта. Может, она сегодня вышла вместо мужа или отца – или убедила владельца канцелярского магазина дать ей товар на продажу?

— У меня сдачи не будет, мемсагиб. Один карандаш стоит две пайсы. – Она отобрала у сына монету и вернула Первин.

— Неважно. Дайте мне два карандаша. Остальное оставьте себе.

Торговка рассыпалась в благодарностях, прижала монету ко лбу, а потом засунула в кошелек, спрятанный под сари. После этого велела сыну выбрать у нее в руке два самых лучших карандаша.

Первин взяла карандаши, и тут в голову ей пришла еще одна мысль. Если у торговки мало мелочи, ей, скорее всего, придется отдать всю рупию тому, кто снабжает ее товаром. Первин рассмотрела другие монетки, нашла анну – монету достоинством в четыре пайсы. Негромко произнесла:

— Это отдадите тому, кто вас послал. А остальное пообещайте оставить себе, на нужды семьи.

— Да благословит вас Лакшми, – откликнулась молодая мать.

Видимо, она приняла Первин за индуистку. А Первин, возможно, ошиблась, решив, что она у кого-то в найме. Да какая разница? Этой женщине сгодится любая помощь.

Первин увидела на другой стороне улицы Джаянта, который иногда работал у них посыльным: он наблюдал за происходившим. Первин обрадовалась сразу по нескольким причинам.

— Арре, Первин-мемсагиб! – Худой жилистый юноша поднялся с земли. – Увидел, как вы бежите за этой женщиной, и подумал: зачем вам так утомляться по жаре, если есть я? Сколько вы ей заплатили за карандаши?

— Неважно. У меня к вам будет одна просьба.

Первин объяснила, что разыскивает человека по имени Арвинд Викас Томар, который, возможно, живет или работает в Кальбадеви. Может Джаянт выяснить, известен ли он в тех краях?

— Район населенный. – Джаянт, проведший детство среди рыбаков, выглядел озабоченно. – Все равно что иголку в стоге сена искать.

— Поспрашивайте на лотках с едой и чаем, у возниц. Местные полицейские тоже могут его знать.

— Я полицию не люблю, они меня тоже, – проворчал Джаянт.

— Возможно, у них есть списки съемщиков жилья. А насчет полиции не переживайте! Все ваши беды в прошлом, – напомнила Первин.

— Только благодаря вам. – Джаянт расправил плечи, вздохнул. – Хорошо. Если узнаю его адрес, что делать? Сходить к нему?

— Мне интересно, как выглядит его жилье, – ответила, поразмыслив, Первин. – Есть ли у него семья, все такое. Будет хорошо, если вы там походите вокруг и расскажете, что увидели. Напрямую с ним взаимодействовать не надо. Сделайте, когда будет время.