Дачники. Любовь, дружба, семейные тайны, летние романы и комары – в рассказах современных писателей - Алексей Варламов,Владимир Березин,Елена Колина,Майя Кучерская,Денис Драгунский,Анна Матвеева,Леонид Абрамович Юзефович,Сергей Шаргунов,Марина Москвина,Се Страница 74

Мама вытянула ладони вперёд – на одной из них мелкой дрожью трясся телефон.

— Женя…

— Я… я тут, я стою.

— Женя, поклянись, что это не дурацкая шутка. Что всё на самом деле, – мама коротко, шумно выдохнула.

— Чем поклясться? Могилой матери? Своей жизнью? Софико?

— Нет, – резко перебила мама. – Соней не надо. Поклянись моей жизнью.

— Ну…

— Поклянись!

— Хорошо. Это не шутка. Я правда тут. Клянусь твоей жизнью и… и своей тоже.

— Тогда…

— Да, давайте! – встряла Соня. – Пап, вытяни руки. Только чуть пониже, ты же помнишь, какого мама роста. А я буду смотреть. Слышали про “эффект наблюдателя”?

Мама закрыла глаза и молча помотала головой.

— Это… короче, это что-то квантовое, – Соне не хотелось признаваться, что она про этот эффект тоже слышала только краем уха. – Может, мы в квантовую запутанность попали. Ну, там, другое измерение, карманные вселенные, Мёбиус… Помнишь про Мёбиуса? Как мне домашку задали, я забыла и мы потом с утра перед школой эту его ленту клеили?

— А ты бумагой порезалась, – с робкой надеждой закивала мама и закрыла глаза, водя перед собой руками.

— Ну как? Что-нибудь чувствуешь?

— Да помолчи ты, Софико, – не выдержал папа.

Сейчас он выпрыгнет из-за кустов малины, подумала вдруг Соня. И будет смеяться: как здорово он их подколол с этим новым приложением – “Другое измерение” называется, нет, “Параллельная реальность”, нет, слишком банально… “Квантовая запутанность”? “Мёбиус”? Нет, такое наверняка есть, любой дурак догадается так приложуху назвать, лихорадочно мелькало в голове у Сони, “Мёбиус Юниверс”! И даже почти в рифму. Она бы точно выбрала именно такое название.

Ведь папа с мамой в молодости любили повеселиться, любили пранки на первое апреля, это даже Соня застала, когда была совсем маленькая, и она эти пранки ненавидела всей душой: никому нельзя верить. Может, так и появилось у неё вечное ожидание подвоха, надо будет рассказать об этом психотерапевту на следующей сессии… Сейчас папа выпрыгнет из-за кустов прямо на разросшийся под ними восковой клубок уединённиц – пусть топчет, не жалко, чего они лезут повсюду, – обнимет возмущённо, но слабо отбивающуюся маму, засмеётся, и всё получит нормальное объяснение, всё закончится хорошо.

Мама медленно, осторожно водила руками в воздухе, словно пытаясь нащупать что-то невидимое и очень хрупкое.

— Вот тут… – папин голос звучал сдавленно. – Будто трепещет что-то…

— Женя…

— А, твою мать! Это мотылёк! Сука! – из динамика послышался треск и потом отдалённая ругань – кажется, папа отшвырнул телефон.

Кровь бросилась Соне в лицо, щёки будто ошпарило. Она и не знала, что папа умеет так материться – длинно, самозабвенно, многоэтажно… И всерьёз. Папа не шутил, он не выскочит сейчас из-за кустов, потому что всё по-настоящему.

Мама стояла, опустив голову и закрыв глаза свободной ладонью. В другой руке она по-прежнему крепко, до побелевших костяшек сжимала телефон.

Соня тоже застыла на месте, озадаченно почёсывая кончик носа. Из-за регулярных визитов к психотерапевту, которые должны были избавить её от тревожности и панических атак, она привыкла постоянно анализировать свои эмоции. Они представлялись ей разнокалиберными шариками, Соня брала каждый, ощупывала, разглядывала и клала на соответствующую цвету и фактуре мысленную полочку. Но шарик, который выскочил из внутреннего не то лототрона, не то теннисной пушки сейчас, не подходил никуда. Наверное, впервые в жизни она чувствовала себя уверенно и… почти спокойно. Соня всё искала в себе привычный страх, горчащим комком подступающий к горлу, болезненную внутреннюю дрожь – верный признак надвигающейся панической атаки. Соня должна была быть в отчаянии, в ужасе – вон, даже мама с папой перестали изображать из себя всепонимающих и всемогущих взрослых. Но вместо этого всё прочнее становилась броня идущей изнутри уверенности. Лёгкая, комфортная броня – Соня чуть не заулыбалась, представив себе выстланные изнутри мягкой байкой рыцарские латы.