Валенсийский режим - Борис Абрамов Страница 9
Валенсийский режим - Борис Абрамов читать онлайн бесплатно
Автор, высокий парень с кистями фотографа и глазами садовника, подошёл:
— Удивительно. В каждом городе есть человек, который совпадает с фотографией. Как будто фото ждёт своего «двойника», чтобы стать законченным.
— Что значит «tres puntos»? - спросила Катя. - Вы... рисовали их?
— Нет, это был рисунок на песке, шутка друзей. Я только успел нажать.
— А женщина на фото?
— Туристка. Говорила по-русски. Улыбалась так, будто знала: море её не съест.
Он помолчал, посмотрел на снимок.
— Знаете, что такое Патакона? Старое название - «Пата де ока». Гусиная лапа. Раньше здесь были болота, останавливались стаи на миграции. Люди говорили: если увидел три следа гусиной лапы на песке - значит, скоро перемены. Хорошие перемены. Может, поэтому три точки на этом пляже - всегда про выбор.
Мы ещё долго ходили между работ. Ловили в отражениях то нас, то людей, которыми могли бы быть.
Катя вдруг остановилась:
— Я иногда боюсь «совпасть» с собой на фотографии. Вдруг окажется, что это и есть «идеальная я», а все остальное - монтаж?
— Тогда будем монтировать с любовью. И без перфекционизма. Пусть остаются видны швы. Иначе в какой момент веришь, что это про тебя?
На выходе мы купили маленькую открытку с той самой «Patacona. Tres puntos».
Я написал на обороте: «Три да - смотри, это общее имя».
Катя спрятала открытку в блокнот «M-J». Мне понравилось, как два мира закрылись одной резинкой.
Глава 14. Второй ключ Марии-Хесус
В соборе тени лежали ровно. Спящие кошки.
Мария-Хесус встретила нас как библиотека, которая знает, что нужна. На столе уже лежал её прозрачный конверт номер два.
— Я думала о ваших «трёх точках» и «чаше». Иногда, чтобы понять символ, надо снять с него торжественность. Вот, посмотрите.
В конверте была выцветшая листовка университетского клуба конца девяностых. На ней приглашение на «вечер выбора» с игрой «TRES».
Правила: три комнаты, три напитка, три вопроса. «Выберите последовательность, и город ответит».
Логотип - чаша с тремя точками. Почерк резкостью напоминал наш блокнот.
— Студенческая игра, - улыбнулась Мария-Хесус. - Но гляньте, куда приходил «последний вопрос». В La Lonja. В колонном зале.
— И что за напитки?
— Вино, вода, и... «летнее красное». Для тех лет это было почти кощунство: мешать вино с «Ла Казерой». А сейчас - почти традиция.
Я почувствовал, как пазл щёлкнул, но не сложился. Просто пообещал сложиться позже.
Мария-Хесус подняла глаза:
— Не превращайте «три точки» в экзамен. Это напоминание, а не контрольная. Вы не обязаны всё угадать. Достаточно - заметить.
Мы вышли на площадь. На колокольне час отбил ровно столько, сколько нужно, чтобы не испугаться времени.
Катя сжала мне руку.
— А если наши «три да» начнут спорить?
— Тогда послушаем, как они спорят. Это и будет ответ.
— И ещё, - добавила Мария-Хесус, провожая нас взглядом, - в старых каталогах я видела фамилию с инициалами «M-J». Женщина. Возможно, преподаватель эстетики письма. Иногда «чужой профессор» оказывается чьей-то студенткой. Это не факт, это красота гипотезы.
Она остановилась у колонны.
— Видите вот эту надпись? - Она провела пальцем по еле заметной латыни у основания. - «Contracta de dins» - «внутренний контракт». Так называли эту площадь в Средние века. Здесь заключали сделки не с купцами, а с собой. Давали обеты. Обещали вернуться. Иногда - навсегда оставались.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии к книге