Кукольный лес - Саския Калден Страница 105

Я распечатываю отчет и беру его с собой на встречу с командой.

Тарек – единственный, кто уже сидит за столом. Он берет лежащую перед ним пачку сигарет и убирает ее под стол.

Мы приветствуем друг друга «добрым утром» и вместе ждем Болте с Ханнесом, которые явно не торопятся.

— Джессика будет здесь через двадцать минут, – говорит Тарек, поправляя правый рукав рубашки у часов.

— Я знаю, у нас осталось не так много времени. Но не волнуйся, совещание пройдет быстро.

Тарек ковыряет ногти.

— Как у тебя на личном? – спрашиваю я, чтобы разрядить тишину.

Он перестает ковырять ноготь и смотрит на меня.

— Все хорошо.

Звучит не очень убедительно, но я решаю, что лучше не допытываться. Я бы тоже не хотела посвящать его в свои семейные проблемы.

Минут через пять дверная ручка наконец-то двигается. Ханнес входит в комнату и придерживает дверь. Входит Болте, в одной руке – кожаная куртка, в другой – кружка кофе. Извиняются ли они за то, что заставили нас ждать? Как бы не так.

Когда все наконец усаживаются за стол, я пододвигаю к ним распечатку с отчетом.

— Вот доказательство того, что Лотшек поставил капкан для Франко Таннера, приведший к его смерти.

Болте первым хватает отчет. Я наблюдаю, как он пробегает глазами документ, меняясь в лице.

— Ну, это еще ничего не доказывает. Только потому, что они…

Я прерываю его, швыряя папки дел родителей Джессики на середину стола.

— Мы вновь открываем дела Франко и Малены Таннер.

Теперь Болте смотрит на меня так, словно по нему проехалась газонокосилка. И, прежде чем он успевает это прокомментировать, я продолжаю:

— Тарек, займись контактами Малены. Гитту Винтер можешь вычеркнуть из списка. Опроси бывших коллег по работе, прошерсти все личное и профессиональное окружение Малены. К пятнице я хочу получить от тебя список всех людей, с которыми она имела дело до исчезновения.

Если он выполнит свою работу тщательно – а я полагаю, что так и будет, – то наткнется и на Виккерта, и тот сразу догадается, что я втянула его в расследование против его воли. Я с нетерпением жду этой драмы.

— Ханнес, – говорю я. – Выясни, кто видел Франко Таннера последним. Покажи соседям фотографию Лотшека и спроси, знаком ли он им. Проверь все судебные дела, которые он вел в качестве адвоката. Каждого, кого он защищал и кого отправил за решетку.

— Какого черта? – шипит Болте.

— Тише, успокойтесь. Вы тоже получите задание. Никто не уйдет с пустыми руками.

Он фыркает, набирает воздуха в легкие, словно собирается прочитать мне нотацию.

— Извините, – говорю я. – У меня сейчас нет времени выслушивать ваши протесты. Если бы вы пришли на десять минут раньше…

— Но это…

Я не даю ему договорить.

— Вы можете съездить еще раз в тот отель, куда хотела поехать Малена Таннер. – Я протягиваю Болте листок с адресом, чтобы ему не пришлось лезть в папку. Я ведь знаю, как ему все тяжело дается. – Выясните, была ли Малена там – и с кем. Опросите каждого, кого сможете найти.

Он швыряет листок в мою сторону, но сопротивление воздуха на моей стороне, и бумага, пролетев несколько сантиметров, снова приземляется на стол перед Болте. Он фыркает.

— И как вы это себе представляете? Это было пять лет назад, никто уже и не вспомнит.

— Во Франции срок хранения платежных квитанций составляет десять лет. Я бы сказала, что мы еще вполне укладываемся в срок.