Художник - Джек Тодд Страница 106

Предвкушение уже бьется в груди подобно нетерпеливой птице. До чего чудесное сравнение, учитывая обстоятельства.

— Приятно было познакомиться, мистер детектив, – произношу я на выдохе. – Спокойной ночи.

Перевернуть взрослого мужчину и вновь закрепить все ремни оказалось вовсе не так сложно, как дождаться действия препарата. Поглощенная идеей, я не могу найти себе места, пока наконец не дорываюсь до холста. И теперь-то я точно знаю, что буду на нем писать.

Никогда в жизни не работала с такой аккуратностью. Я нежно касаюсь кожи над лопатками и веду скальпель вниз: очерчиваю контур, проникаю глубже. Руки трясутся от возбуждения, подрагивают губы. Страшно подумать, что будет, если у меня все-таки получится.

Светлые сухожилия выглядывают из-под раскуроченных тканей – с ними работать сложнее всего. Они не поддаются, не ложатся под скальпель как следует и вынуждают браться за пилу раньше времени. Мышцы, сухожилия, стекающая по столу и пачкающая туфли кровь – все это мелочи по сравнению с ребрами. Кожа раскрывается, словно лепестки замысловатого цветка, и под пальцами я ощущаю плотность и жесткость человеческих костей даже сквозь перчатки.

От удовольствия я закусываю нижнюю губу.

С потолка мелкими каплями срывается вода: кажется, на улице сейчас сильный ливень. Распиливая кости одну за другой, я об этом даже не задумываюсь. Пусть себе льет, у меня еще куча работы. Движения тяжелые, осторожные: я так боюсь ошибиться и испортить свою первую сольную программу. У меня нет на это права.

Красные от крови, но все равно выделяющиеся на фоне изуродованной спины ребра выглядывают из-под филигранно разрезанной плоти. Скальпелем я поддеваю кожу и пробую снять. Та поддается.

Раздвинуть ребра так, как это описывалось в книге, не выходит. Картина на спине мистера детектива напоминает вовсе не крылья, а скорее шкатулку. Шкатулку для настоящего цветка, сделать который сегодня я себе не позволю. Но у меня есть идея получше. Я тянусь за лилиями и завожу их между ребер. Алые лепестки цветов блестят от крови.

Сердце мистера детектива до сих пор бьется. Редко, на грани, но бьется – я чувствую его движение, когда поправляю одну из ярко-красных лилий меж костей. Улыбка проступает на губах сама собой. Он живучий. Жаль, что картина из него вышла такая топорная и уродливая.

Глядя на мистера детектива со стороны, смешивая очередную порцию препарата, я обещаю стать лучше. Найти себя или позволить себе окончательно раствориться в Мастере.

Что еще может кисть, кроме как подчиниться воле художника?

Рейнард Гласс

07/2018

You’re like a dark cloud,

That follows me around.

Like a virus with no cure

Get Scared – Whore

Если у кого и есть опыт общения с по-настоящему трудными детьми, так это у меня. С самого детства, несмотря на заверения жены, я замечал в дочери странности. В то время как остальные дети играли друг с другом или смотрели мультики, Аманда часами сидела во дворе и всматривалась в одну точку – так, словно видела нечто, заметное лишь ей одной. Когда ее сверстники общались и познавали мир в начальной школе, Аманда пропускала большую часть слов учителей мимо ушей и говорила сама с собой. Несколько раз ее отправляли к школьному психологу, а иногда даже звонили мне – рассказать, что с дочерью нужно много работать, и если ситуация усугубится, то и отвести ее к психотерапевту.