Невеста была в черном. Черный занавес - Корнелл Вулрич Страница 111

Над дверью, ведущей на улицу, тускло горела настенная лампа. Он разжал хватку, оставил Вирджинию там, где она стояла, подкрался к лампе сбоку, просунул пальцы под проволочный щиток и повернул, выключив свет. Все вокруг погрузилось во тьму, которая должна была их защитить. Улица в контрасте с темнотой проявилась резче. Он поманил Вирджинию вперед, во мрак, и она, должно быть, увидела очертания его руки на фоне улицы. Она подошла.

— Иди первой. Одна ты в большей безопасности. Они не знают, как ты выглядишь. Не оглядывайся на наш дом, не смотри по сторонам. Просто иди до угла с таким видом, словно куда-то направляешься по делам.

Она шагнула за стеклянную наружную дверь, направляемая его рукой. Он вытянул шею: улица казалась пустой, ничьи силуэты не маячили возле их собственного крыльца; ничто не шевелилось ни с враждебной, ни с какой-либо иной целью. Он мягко подтолкнул ее вперед, словно учил ребенка ходить без посторонней помощи.

— Иди, дорогая. Делай, как я велел. Еще минута – и может быть слишком поздно…

Она жалобно всхлипнула, выражая свою готовность повиноваться. И вот Фрэнк остался у выхода один, а Вирджиния зашагала прочь, тихо стуча каблуками по тротуару. В ее походке не было той легкой, нервозной спешки, которая всегда проявляется у респектабельных женщин, вынужденных идти по улице поздно ночью в одиночестве.

Фрэнк медлил, сколько мог. На Вирджинию саму по себе вряд ли могли обратить внимание, а вот если кто-то заметит, что он идет за ней следом… Должно быть, его жена уже преодолела половину расстояния до угла. Никто не подбежал, чтобы остановить и расспросить. Никто не окликнул.

Так или иначе, ему пришла пора покинуть этот дом. Преследователи могли в любой момент обнаружить, каким путем побега он воспользовался. Просто невероятно, что они до сих пор ничего не нашли; это же был единственный оставшийся выход из квартиры.

Он перевел дух, наконец-то решившись, осторожно протиснулся через приоткрытую дверь и вышел на уличный простор. На миг, прежде чем отвернуться от дома, отчетливо увидел продолговатые пятна тусклого света, отбрасываемые окнами его квартиры, где горел свет; пятна лежали поперек тротуара. Он повернул туда, куда ушла Вирджиния, и двинулся вперед быстрым шагом. Его спина была неестественно напряжена из-за страха погони, и пришлось напрячь мышцы шеи, подавляя желание обернуться. На улице было очень темно, и через несколько шагов его уже нельзя было опознать издалека. Единственный уличный фонарь в промежутке до угла находился на противоположной стороне улицы. Он оставлял Фрэнку узкую полосу мрака вдоль ее периметра.

На углу Фрэнк оглянулся. Не смог сдержаться. Они с Вирджинией бросили свой дом, место, столь внезапно подвергшееся атаке, ставшее полем битвы. Даже на таком расстоянии он по-прежнему мог различить освещенные фасадные окна, похожие на бледные шрамы. По большому счету, только в них и горел свет в столь поздний час, хотя кое-где в непосредственной близости начали зажигаться и другие, отзываясь на шум.

Он свернул за угол, и настоящее стало прошлым, прошлое – настоящим.

Вирджиния нашла такси без водителя и, забившись в него, ждала неподалеку, за углом. Вблизи светилась прямоугольная витрина круглосуточной закусочной.

Он подошел к машине с противоположной стороны, стараясь, чтобы она находилась между ним и заведением. Вирджиния хотела, чтобы он сел рядом. Она держала дверь открытой, ждала. Он снова закрыл ее снаружи.