Формула зла - Рик Мофина Страница 120

Не лучшее место для откровений, но время дороже.

Более того: обсудив рисунок с Кэти, доктор Мехта твердо решила донести до Сары свое беспокойство по поводу других вопросов, по-прежнему остающихся открытыми. Пока она лишь поверхностно коснулась глубоких психологических проблем юной пациентки, но Сара сама высказала предположение о генетической предрасположенности дочери к жестокости.

Лавируя между посетителями оживленного фудкорта, Салли Мехта наконец добралась до столика Сары.

— Спасибо, что пришли, – поблагодарила та. – Простите, что затащила вас в такую даль.

— Все в порядке, – заверила врач. – Я возвращалась с лекции, а скоро у меня встреча в медицинском центре недалеко отсюда. Извините, очень много дел.

Сара посмотрела по сторонам, мысленно радуясь, что их невозможно подслушать в окружающей суете и гуле голосов, и все-таки наклонилась поближе к собеседнице.

— Когда мы разговаривали в кабинете после вашей встречи с Кэти, вы упомянули, что возникли новые причины для беспокойства.

— Да. – Доктор Мехта достала из сумочки смартфон и застучала пальцами по экрану. – Я набросала пару заметок.

— Так что же означает рисунок?

— По словам Кэти, это всего лишь изображение случившегося. Анна делала селфи, пятилась в сторону обрыва, а Кэти умоляла ее остановиться, но девушка не послушалась.

— Значит, на картинке дочь пытается спасти Анну?

— Да, – кивнула доктор Мехта. – По словам Кэти.

— И это не попытка признаться в совершении дурного поступка?

— Думаю, нет. – Психотерапевт сверилась с заметками.

Сара прикрыла рот ладонями, смахнув слезы облегчения.

— Но это лишь одна из возможных трактовок.

— Одна из трактовок?

— Рисунок необходимо рассмотреть в контексте неясных отсылок Кэти к неким дурным мыслям и мальчику, который, по вашим словам, умер в ее присутствии. А также учесть то, о чем вы спрашивали меня в прошлый раз: возможность унаследования жестоких черт характера и склонности к насилию, имевшей место в истории вашей семьи.

Сара снова изменилась в лице.

— Что вы хотите сказать?

— Травма, полученная Кэти в связи со смертью Анны Шоу, могла пробудить в ней воспоминания о событиях прошлого или эпизодах насилия.

Ее собеседница решительно замотала головой.

— Изначально, – продолжила доктор Мехта, – я решила, что чувство вины Кэти является побочным эффектом трагедии. Последствие того, что ваша дочь была рядом с Анной, когда та погибла. Однако складывается впечатление, что противоречивые мысли Кэти только усиливаются.

— Ваши предположения?

— Мне нужно больше информации.

— Больше информации… Какой?

— Что случилось с мальчиком, которого все время вспоминает Кэти?

— О чем вы?

— Думаю, что за той ситуацией – или каким-то другим событием из прошлого – кроется нечто серьезное. Кэти когда-нибудь травили? Что именно тогда произошло?

— Нет, я не хочу…

— Чтобы внести ясность, вы должны сообщить мне обо всех случаях проявления жестокости в истории вашей семьи. Я пытаюсь понять, как они повлияли на Кэти и какое воздействие оказывают на психику вашей дочери.

Сара опустила взгляд, качая головой.

— Я не… Я не знаю. – Она закусила нижнюю губу и посмотрела на собеседницу: – Вы говорили, что обязаны сообщать в полицию о любом подозрении на домашнее насилие. И я боюсь – если честно, ужасно боюсь, – что вы исказите или неверно истолкуете факты и передадите информацию третьим лицам.