Куда мы денем тело? - Кен Джаворовски Страница 15

Грег остановился, посмотрел на малыша Джимми и сказал мне:

— Наверное, сейчас не самое подходящее время для разговоров, Рид. Нам надо навести порядок внизу. Потом у меня несколько дел, с которыми надо разобраться до конца дня.

— Я могу все убрать, – сказал я.

— Уверен? Я думал, что оно для тебя и неплохо. Будет чем заняться. Отвлечься от всего.

— Да, – сказал я и поднялся.

Грег повернулся, чтобы выйти из моей спальни.

И я увидел, что лежит в кармане его пиджака.

Я ойкнул.

Я сдержал крик, потому что Грегу не нравится, когда я кричу. Но он, должно быть, меня услышал.

— Что такое? – спросил Грег.

Я указал на его карман. Он протянул руку.

— Господи. Совсем забыл.

— Ты сказал, что хочешь отдать это мистеру и миссис Ломбард, гробовщикам.

— Да, так и есть. Просто вылетело из головы.

— Мама сказала…

— Да, ты говорил. Но сегодня какой-то безумный день, Рид.

Грег засунул это глубже в карман, будто оно могло исчезнуть, но оно никуда не делось, и я сказал: «Отдай мне!», громче, чем хотелось. Грег достал это из кармана и протянул мне, и даже малыш Джимми перестал улыбаться.

ЭТО РАССКАЗ О КУКОЛКЕ МИСС МОЛЛИ

Я не люблю что-то мастерить. Предпочитаю на всякие вещи смотреть. Но когда мне было девять, в школе проводили урок труда, а на следующий день был мамин день рождения, и я взял два кусочка фетра, нарисовал выкройку, вырезал их, соединил, набил ватными шариками – и получилась куколка Мисс Молли. И я вручил ее маме в день рождения.

— Где ты это взял, Рид?

— Это куколка Мисс Молли, – объяснил я. – Я сделал ее для тебя на уроке труда.

Мама взяла ее в руки и замолчала.

Я сказал:

— У меня не было денег, чтобы тебе что-то купить, извини.

Она продолжала смотреть на куколку.

— Ты сделал это для меня?

В ее голосе было что-то странное, и я не знал, что ответить, поэтому просто ушел. Через пару минут вернулся и увидел: мама сидит за кухонным столом, держит в руках куколку Мисс Молли и вытирает глаза.

— Извини, если тебе не нравится.

— Господи! – воскликнула мама. – Что ты, Рид, это… это… самый ценный подарок за всю мою жизнь. За всю.

Она еще немного посмотрела на куколку, чуть улыбнулась, и из глаз выкатилась еще одна слеза.

— Если тебе нравится, – сказал я, – почему ты плачешь?

— Она такая… красивая.

— Я не умею хорошо шить, и рот вышел неправильный, ребята смеялись над ней, мол, какая уродка, волосы спутаны, а миссис Веккио велела им прекратить.

— Рид, дорогой. Она чудесная.

Мама обняла меня, я ждал, когда она меня отпустит, а она провела рукой по лицу и сказала:

— Дорогой, никому не позволяй тебя учить, что хорошо, а что нет. В этом мире ты можешь сделать все, что захочешь. Я в это верю. И ты верь. Обещай, что будешь помнить: ты можешь все.

Я ответил:

— Обещаю помнить.

— Не нарушишь обещание?

— Нет, – сказал я.

— И лгать никогда не будешь?

— Нет.

Мама поставила куколку Мисс Молли на каминную полку и иногда спрашивала: «Что об этом скажет Мисс Молли?», а я отвечал: «Мисс Молли не умеет говорить», и мама говорила: «Ну и хорошо. Я не люблю, когда меня прерывают». А когда мы куда-то уходили, мама кричала: «Присмотри за хозяйством, Молли!» Пару лет назад мама заболела, и я принес куколку Мисс Молли ей в больницу, и, увидев ее, мама заплакала, а потом сказала: «Рид. Когда я уйду, хочу, чтобы Мисс Молли осталась со мной навсегда, ладно? Пусть всегда будет рядом со мной. Ты не против?»