Ловушка для сверчков - Владимир Медведев Страница 152

С любопытством наблюдает, как Карл заливает в себя крепкий и неимоверно дорогой напиток, как минеральную воду. И мысленно прикидывает соотношение объема большого бокала и массы малого тела собутыльника. Респект.

— Угощайся, – кивает на стоящие на столе закуски. – Или русские после первой не закусывают?

— Немцы закусывают, – говорит Карл. – Я хоть из русских немцев, но все-таки… Пожалуй, закушу.

— Еще? – Корень подносит горлышко бутылки к бокалу Карла.

— Пропущу, – решительно говорит Карл. – Хочу вести переговоры на свежую голову.

— Переговоры? – удивленно переспрашивает Корень.

Карл кивает на Сома, который тоже, не дождавшись приглашения, присаживается к столу.

— Вот ты о чем, – тянет Корень. – Так это не переговоры. Предложение. Оферта.

Карл запихивает в рот ломоть ветчины и не спеша пережевывает, прежде чем ответить.

— Хочешь сказать, предложение, от которого я не могу отказаться?

— Кто ж откажется от кучи денег?

Карл поднимает брови, демонстрируя удивление.

Сом встревает:

— Я ему ничего еще не объяснил.

Корень, в свою очередь, неторопливо наливает себе, смакует, прежде чем ответить.

— Тут, видишь ли, некоторые проблемы с политкорректностью… Буду говорить прямо. Без обид?

Карл кивает.

— Есть такая международно известная игра – «Закинь карлика подальше», – начинает Корень. – Название не оскорбляет твои чувства?

— Ты про «закинь» или про «карлика»? – спрашивает Карл. – Карлик – слово мерзкое, не люблю. Но не оскорбляет. Всего лишь слово. А насчет того, чтобы закидывать, поясни.

— Придумали игру, конечно, пиндосы, – говорит Корень. – В русле сугубого соблюдения прав личности.

(Корень ошибается. Игра возникла не в Штатах, а в Австралии, в восьмидесятые годы прошлого века, а уж потом попала в Америку и Европу. Кое-где в нее играют до сих пор. Кое-где она запрещена. Во Франции, например, специальным законом.)

— Короче, так, – продолжает Корень. – Играют обычно в барах или пабах. Стену обкладывают матами, а карлика одевают в защитный костюм и шлем. Кто швырнет его дальше или приложит сильнее, тот и победил.

Сом мерзко хохочет, будто услышал о забаве впервые, хотя именно он рассказал о ней Корню:

— У-ху-ху-ху… Я б не отказался поиграть.

— Ты не подойдешь, – говорит Карл. – Слишком тяжелый, дерьма много. Тебя только катить. А чего? Тоже хорошая игра. «Докати дебила до стенки».

Сом высокомерно игнорирует подначку. Велика честь для урода. Но за дебила ответит. В свое время.

— Дело, Карл, только за тобой, – говорит Корень. – Все остальное имеется…

Карл перебивает его:

— А как насчет согласия?

— Прости, забыл сказать, – спохватывается Корень. – Никто никого не заставляет. Карлик участвует за гонорар. Все ребята готовы скинуться. Мы и они, – кивает на Сома. – Две команды. Серия дружеских матчей. Так что бабла загребешь немало.

— Нет, – говорит Карл.

— Ты даже не спросил, сколько бабок получишь.

— О деньгах речи нет. Я просто не согласен. Не хочу.

Корень поднимает бутылку, тянется к бокалу, стоящему перед Карлом.

— Будешь?

— Нет.

Корень наливает себе.

— Всего лишь спорт, – говорит он. – Ничего зазорного. К примеру, тебя отмудохали на ринге. Разве это тебя унижает? Здесь то же самое.

Сом обращается к Корню, как бы игнорируя присутствие Карла:

— Давай изменим правила, введем российский вариант. Согласия карлика не требуется. А собранная сумма – приз победителю в финале.