Куда мы денем тело? - Кен Джаворовски Страница 23

— Я тебе верю, – сказала миссис Ломбард. – Но скажи: тебе кто-нибудь говорил что-то… недоброе? О том, что случилось с твоей мамой?

Я промолчал.

— Это был несчастный случай, Рид. Ты это понимаешь?

Я понимал. Поэтому кивнул головой.

— Хорошо. Не забывай об этом. Всякое бывает. И получается, что никто не виноват…

Она остановилась. Подыскивала слова.

— Не знаю, что тебе сказать. Плохой из меня собеседник.

— Хороший, – возразил я, и так и было, иначе бы не говорил. У нее в голосе слышались заботливые нотки. Хороший собеседник – это не только тот, кто умеет найти нужные слова.

Мы сидели на ступеньках. Я смотрел вниз, на землю. Потом поднял голову: миссис Ломбард смотрела на улицу, но застывшим взглядом, то есть смотрит куда-то, но видит совсем другое. И думает о чем-то другом.

— Однажды у меня был такой же маленький мальчик, как ты. Слышал про это?

— Я не маленький мальчик.

— Да. Конечно. Я имела в виду… У меня был маленький мальчик примерно в то время, когда у твоей мамы появился ты. С разницей примерно в полгода. Вы с ним были очень похожи. Его звали Тимоти. У него тоже был вихор и волосы сзади торчали, очень симпатично.

Я ничего не сказал. Подумал, наверное, случилось что-то плохое, а я слушать и думать про плохое не люблю. И я не хотел слушать, что миссис Ломбард говорила о Тимоти. Как не хотел слышать, когда мистер Гудноу, менеджер в супермаркете, однажды рассказал, что ударил свою дочь-подростка по лицу, а потом ужасно переживал из-за этого и не знал, что на него нашло, или когда миссис Саффлаус, заместитель директора школы, говорила мне, мол, ей кажется, что у ее мужа есть другая женщина. Люди вечно хотят мне что-то рассказать, только эти рассказы почти всегда не радостные. Мама сказала, что просто я – хороший слушатель, а слушать человека – это самое приятное, что можешь для него сделать. Сказала, что иногда люди разговаривают не со мной, а сами с собой.

Еще я подозревал, что миссис Ломбард собирается сказать что-то нехорошее, потому что однажды слышал, как мама говорила о миссис Ломбард. Мол, миссис Ломбард повидала в жизни много горя и что Господь должен ее благословить.

Я сидел рядом с миссис Ломбард на ступеньках крыльца. Потом она заговорила.

— Тимоти был в том возрасте, когда человеку становится все интересно, понимаешь? Как твоему племяннику, малышу Джимми. И вот Тимоти бегал по дому, прятался и…

Миссис Ломбард сделала паузу, будто хотела подготовиться к тому, что скажет дальше. Потом продолжила:

— Однажды летом к нам в гости приехали родственники. За пару дней до этого раздвижная кухонная дверь сломалась. Она выходила на задний двор. Утром должен был приехать ремонтник, но он позвонил и сказал, что завяз на другой работе на Веррик-стрит, так что к нам приедет в другой раз. Ну, Деннис – это мистер Ломбард – достал ящик с инструментами и собрался чинить замок сам. Но тут раньше времени приехал один из родственников и захотел показать Деннису свою новую машину, а его жена попросила показать, в какой цвет я покрасила нашу спальню, потому что собиралась перекрашивать свой дом. Тут подъехали остальные, шумные, веселые, ходили по всему дому. А Деннис был на улице, в машине, и родственник стал катать его по кварталу, а другая родственница порвала платье и попросила меня помочь ей, и…