Фантомные боли - Люсинда Берри Страница 24

Томас отвернулся.

— Мне кажется, она ужасно напугана и не понимает, что ей делать. В моем лице она впервые столкнулась с угрозой вашей близости, так что неудивительно, что ей снесло крышу.

— Скажи мне, что она говорила.

Я сама удивилась, насколько злобно это прозвучало, но не могла ничего с собой поделать. Поступок Эмили не укладывался в голове, и нужно было выяснить все детали. Меня взбесило, что он не хочет выложить все сразу.

— Говорю же, это не важно. В ней говорил страх. А страх – это очень мощная базовая эмоция.

— Да что вы говорите, доктор Фрейд.

— Ладно, – сдался Томас, – если ты так настаиваешь, скажу. Но предупреждаю сразу: не думаю, что от этого выйдет хоть какая-то польза.

Он кашлянул. Кашлянул еще раз. Потом уставился на воображаемое пятнышко на приборной доске и принялся его старательно вытирать.

— Она сказала, что ты сумасшедшая, просто я еще этого не понял. Что ты очень ловко притворяешься нормальной, но я буду дураком, если тебе поверю. Долго расписывала, как у тебя плохо с головой. Да, и еще твердила, что считает своим долгом предостеречь меня на твой счет, потому что уверена, что ты сделаешь мне больно. Вот, в общем, и все.

У меня возникло такое ощущение, словно кто-то взял бейсбольную биту и ткнул ее концом мне под дых. Я поспешно опустила стекло, опасаясь, что меня стошнит, но свежести не почувствовала. Просто не укладывалось в голове, что Эмили наговорила такого обо мне.

В машине повисла оглушительная тишина. У Томаса в часах звякнул таймер, напоминая, что обеденный перерыв закончился. Он взглянул на меня.

— Не пойду обратно на работу, – объявила я. – Скажи Джошу, что меня вырвало на парковке, или что меня сбила машина. Неважно, что хочешь. Просто сегодня меня уже не будет.

Томас кивнул.

— Я понимаю. – Он потянулся к моей руке, но я отдернула ее. Прикосновений мне хотелось не больше, чем возвращаться на работу. – Хочу, чтобы ты знала: я ей не поверил. Ни единому слову. Я отношусь к тебе точно так же, как до того, как она подошла ко мне. Я знаю о твоем прошлом и уважаю это, но ни на секунду не верю, что оно тебя уничтожило. Сама на себя посмотри – ты просто потрясающая.

Я изобразила улыбку, исключительно чтобы его успокоить – эти слова ничуть меня не тронули. Никогда я еще не была в такой ярости, предательство Эмили меня потрясло.

Томас наклонился ко мне и обнял. Я вяло похлопала его по спине одной рукой.

— Ты же позвонишь мне попозже?

— Конечно.

Мы вышли из машины, Томас отправился обратно в здание, а я проводила его взглядом. Перед входом он оглянулся и помахал мне рукой. Я не сомневалась, что, поднимаясь в лифте, он будет молиться своему Богу, – и на долю секунды позавидовала его вере. Если бы и я тоже верила в Бога или хотя бы в высший божественный смысл, как Томас. Наверное, тогда мне удалось бы понять, что происходит. Но я не верила ни в его Бога, ни в чьего-то еще и не находила в словах и поступках Эмили ровно никакого смысла.

Меня расстроило не столько то, что Эмили пыталась оттолкнуть Томаса от меня, – я понимала, что она видит в наших отношениях угрозу себе. Гораздо больше меня задели ее слова, все эти ужасные вещи, которые она наговорила обо мне. Я-то ни разу не сказала о ней худого слова, даже в мыслях.

Мои лежащие на руле руки тряслись, их покрыл липкий пот, а сердце билось так сильно, что болела грудь и стало трудно дышать. Я заставила ноги не дрожать и завела мотор. Каким-то чудом сумела доехать до дома, не проехав на красный и не устроив аварию. Войдя в квартиру, я остолбенела – Эмили как ни в чем не бывало, напевая, заваривала на кухне свежий кофе. У меня внутри что-то оборвалось.