Скажи им, что солгала - Лора Леффлер Страница 30

Анна нахмурилась, удивленная резкой переменой в их разговоре.

— Я этого не говорила. Я в него не влюблена.

Уиллоу скрестила руки и выставила вперед одну ногу. В том, как лосины облегали ее фигуру, было что-то детское.

— Я тебя разыграла.

Анна облизнула губы. И ничего не сказала.

— Я видела, как ты весь вечер на нас пялилась. И теперь знаю, что мне надо быть начеку.

Уиллоу усмехнулась, будто ситуация казалась ей забавной.

— Ах ты, маленькая сучка!

Анна пыталась придумать, что ответить, но ничего не приходило на ум. Она перешла в нападение:

— Зачем ты жжешь спички? И что на тебе надето?

— Я Эди Седжвик.

Анна непонимающе поморгала.

— Одна из звезд Уорхола, – объяснила Уиллоу. – Мое последнее увлечение.

Уиллоу вытащила из сумки книгу в твердой обложке и бросила Анне на кровать. «Энди Уорхол: Фабричные годы».

— Посмотри страницы с закладками.

Девушка на фото была бледная и прекрасная, с короткими осветленными волосами, как у Уиллоу. У нее были темные, сильно накрашенные глаза, огромные, как планеты.

— Погляди на это лицо, – сказала Уиллоу. – Она похожа на тебя.

Анна сдвинула брови.

— Нисколечко. Она похожа на тебя.

— Не обращай внимания на волосы. Этоможно переделать. – Уиллоу взяла Анну за концы темных волос и легонько дернула. – Тогда ты будешь в точности как она.

Их взгляды встретились. На мгновение Анна подумала, что Уиллоу сейчас предложит ей обрезать волосы и покрасить их в платиновый блонд, чтобы стать близнецами. Анна ответила бы «да». Она была бы счастлива больше походить на Уиллоу и меньше – на всех остальных. Но Уиллоу улыбнулась, позволив волосам Анны скользнуть между своих пальцев.

— Она была музой Уорхола, – продолжала Уиллоу. – Светской львицей. Снималась в его фильмах. Хотела стать настоящей кинозвездой, но у нее не вышло. Однако это была необыкновенная девушка.

— Она умерла?

Уиллоу кивнула.

— Когда мы еще не родились. – Она схватила с кровати книгу. – Но я здесь не поэтому, Голливуд.

В тот вечер Уиллоу завязала волосы Анны в узел, повытаскивав кое-где отдельные прядки, чтобы они падали на лицо. Выщипала ей брови в тонкие дужки, накрасила глаза черными тенями, как у Эди. Надушила «Энджелом» от Тьерри Мюглера. Все это время они болтали. Уиллоу рассказала Анне про парня, который будет ждать ее в «Бар-Кар» этим вечером. Уиллоу познакомилась с ним на занятиях по рисунку. Звезда школьной футбольной команды, высокий и спортивный, но с душой художника. Классический хороший мальчик со Среднего Запада, но с перчинкой. Его звали Бумер.

— Бумер?– переспросила Анна. – Как у «Бенгалов»?[39]

Уиллоу нахмурилась.

— У кого?

Анна покачала головой.

— Неважно. Думаю, это его футбольная кличка.

— Но этот Бумер не тупой спортсмен, клянусь! Он классный.

Анна ответила улыбкой на улыбку, но радостного предвкушения не испытала. Она еще никогда не была с парнем – даже не целовалась – и, в общем-то, не хотела, боясь, что это изменит в ней что-то важное. Но все вокруг встречались и заводили романы, да и забота Уиллоу о ее личной жизни казалась проявлением дружбы. Обещанием от Уиллоу к Анне: Я не оставлю тебя в отстающих.

— Его родители суперрелигиозны, – сказала Уиллоу. – Почти как мои.

Анна подняла на нее глаза.

— Твои родители религиозны?

— Папа – да. – Едва уловимая тень пробежала по ее лицу. – Мама просто больная.