Формула зла - Рик Мофина Страница 35

— Горжусь тем, что был твоим отцом, – произнес Чак.

— Лучшая дочь на свете, – вторила ему Линора. – Я счастлива, что была твоей мамой.

К микрофону шагнул четырнадцатилетний Джон.

— Она была такой хорошей старшей сестрой, что ангелы попросили у Господа сделать ее одной из их сестер.

Церемония подходила к концу. Друг Анны по имени Уилл Найя, учившийся с ней в музыкальной школе, сыграл на пианино и спел еще одну из ее любимых песен, «Сегодня вечером меня спасли»[2].

Пока он выступал, Сара смахнула слезы, повернулась к Кэти, обняла ее одной рукой и грустно улыбнулась, а потом закрыла глаза и произнесла молитву.

Молилась она от всего сердца.

Нельзя думать о плохом, потому что это неправда. Надо крепиться, как сказала мама.

Сара сжала руку дочери.

Ведь Кэти – хорошая девочка.

Потом все собрались в большом зале.

Иногда Саре казалось, что некоторые посетители косятся на нее и Кэти, но не могла поймать ничей взгляд. Похоже, они всё знают. А может, на фоне нервного потрясения у нее просто разыгралось воображение.

Лавируя между собравшимися, Сара и Кэти миновали компанию оживленно шептавшихся девушек-подростков.

— Поверить не могу, что Таннер пришел!

— После того, как разбил ей сердце? Да ты что!

— Может, он все еще любит ее?

Сотрудники похоронного бюро вежливо попросили всех выстроиться в очередь и проследовать к родителям Анны в приемную, где был накрыт стол. Зажатые между двумя девушками, Сара и Кэти заняли свои места. Перед ними стояли два парня в костюмах.

— Привет, Таннер, – шепнула одна из девчонок.

Парень со съехавшим набок галстуком обернулся.

— Привет, Обри, – ответил он. Увидев Сару и Кэти, кивнул в знак приветствия и вдруг снова на них посмотрел, очевидно заметив украшение, висящее на шее у Кэти.

Подвеску, подаренную им Анне.

Таннер отвернулся, но по спине у Сары пробежал неприятный холодок.

Зря я разрешила дочери надеть украшение на похороны.

Но Кэти настаивала. Когда они собирались, дочка сказала: «Анна подарила ее мне, мам. Она такая красивая. Пожалуйста, разреши мне ее надеть. Это покажет, как сильно я скучаю по Анне. И утешит меня».

Сара уступила, однако сейчас, видя реакцию Таннера, почувствовала себя неловко. Они постепенно продвигались вперед. Было слышно, как люди выражают соболезнования родителям Анны. Наконец дошла очередь до Таннера.

— Мне очень жаль, – сказал он дрожащим голосом. – Простите за всё.

Линора подняла на него взгляд.

Прошло несколько секунд, прежде чем она слегка кивнула, приняв извинение.

Чак пожал ему руку.

— Спасибо.

Таннер кивнул и прошел дальше.

Увидев Сару и Кэти, Линора распахнула объятия.

— Спасибо, что пришли, – поблагодарила она.

— Прекрасная служба, – сказала Сара.

— Ты такая красивая, зайка, – обратилась Линора к Кэти.

Золотое сердечко на цепочке блеснуло ярким светом.

Линора уставилась на него.

— Симпатичное, – сказала она. – У Анны было похожее.

— А это оно и есть. – Кэти протянула ей сердечко. – Она мне его подарила.

Во взгляде Линоры читалось недоумение.

— Когда она тебе его отдала?

— В автобусе по дороге в парк. Анна сказала, что оно ей больше не нужно и я могу оставить его себе.

Несколько секунд, на протяжении которых Линора разглядывала вещицу, изрядно потрепали Саре нервы. Но затем уголки губ женщины расплылись в слабой улыбке.