Царь ледяной пустоши - Артур Гедеон Страница 47

2

Первые осенние грозы покатились по городу Цареву и его окрестностям. Антон Антонович с утра до ночи был занят важным делом: подключив всех своих знакомых, в том числе и работников органов, он искал следы той спецоперации, которую проводили гэбэшники пятьдесят лет назад в селе Синий Бор. Ведь это был настоящий десант, целое кладбище снесли со своего места и увезли куда-то в центр. Были руководители, оперативники, несколько рот охраны. А еще были ученые. Правда, ученых тогда пригласили опытных, и большинство из них по понятным причинам уже оставили свет божий, а те, кто еще согревал землю своим присутствием, сделались глубокими стариками. Скольких же людей задействовало тогда правительство, чтобы скрыть тайну!

Все эти дни Крымов был предоставлен самому себе, и тут он вспомнил, что по первому образованию – историк – увлекался в юности археологией, и пора ему взяться за дело. Долгополов разрабатывал историю пятидесятилетней давности, Крымов – почти что стопятидесятилетней. И начать он решил со старосты, купца-воротилы Ануфрия Даниловича Губина, бывшего негласным хозяином села Синий Бор, без которого не решался ни один важный вопрос.

Крымов обзвонил и объездил своих старых профессоров из педагогического универа, расспрашивая о таинственном купчине, торговавшем шкурами и салом на краю Царевской губернии. О таком персонаже помнили многие, но без необходимых Крымову подробностей. И только один славный старик, профессор Брусникин, давным-давно пенсионер, воскликнул по телефону:

— Конечно, я знаю о нем почти все! Я же работу о Губине писал. Первую серьезную курсовую. На чем свет костерил своего педагога, что меня забросили в такую глухомань, как этот Синий Бор. Но дело того стоило. Приезжайте, Андрей, приезжайте!

— И когда можно вас навестить?

— Да хоть сейчас.

Крымов решил не откладывать, если приглашают, и так радушно. Да и любопытство томило его. Скоро он был у профессора дома, тот жил на набережной Волги в старом доме.

— Чай будете? – спросил хозяин дома.

— Обязательно, недаром же я с тортиком и шоколадом.

— Не стоило.

— Еще как стоило.

К зачетным старикам вежливый Крымов приходил с тортиками и шоколадом. Это к самым-самым. Иногда с печеньем и пряниками. Но никогда с пустыми руками.

— Ну и очень хорошо, очень. Тортик так тортик. Люся приготовит нам чай. Люсенька, девочка моя!

Старик жил под одной крышей с очаровательной внучкой – девушкой лет двадцати, которую забросили к нему из сибирского городка. Люся училась в том же педагогическом, но на филологии. Накрывая на стол, она то и дело с любопытством поглядывала на Крымова, улыбалась, и он отвечал ей сдержанными улыбками. А старик доставал и доставал из книжного шкафа папки, распутывал тесемки, наскоро читал или просматривал, закрывал их, аккуратно завязывал и продолжал искать.