Скажи им, что солгала - Лора Леффлер Страница 52

— Они арестовали этого Зака, – сказал он.

Анна села.

— А ее нашли?

Он покачал головой и опять запустил пальцы в волосы, дернув изо всех сил.

— В братстве обнаружили экстази[53] и арестовали пару человек. Ее там не было.

Анну замутило.

— Господи, Майло…

Он сунул руки глубоко в карманы джинсов, опустил голову и стал раскачиваться с пятки на носок.

— Они прочесывают кампус. Так и сказали. Прочесывают.

Он сел и затряс ногой; кровать задрожала. Мать Анны делала так, когда нервничала. В больничных платах, кабинетах врачей, машинах и аэропортах. Всегда, когда ждала плохих новостей. Анна положила ладонь на ногу Майло. Ей хотелось всего лишь его остановить. Успокоить. И он остановился. Замер и посмотрел на Анну глазами, полными изумления. Нет – отвращения. Поднял ее руку и убрал со своего колена.

— Думаю, тебе лучше подождать у себя, – сказал он.

— О нет, я не имела в виду…

Но он уже встал, подошел к двери и распахнул ее.

— Я тебе позвоню, если будут новости.

От унижения Анна вспыхнула. Ей хотелось запротестовать, но замок уже защелкнулся у нее за спиной.

На следующий день весь кампус гудел. Утро началось с университетского листка, который Лиззи принесла Анне: троих членов «Сигма Альфа Эпсилон» арестовали за хранение веществ из запрещенного списка.

— С ней все хорошо, – выпалила Лиззи, ткнув листком Анне в грудь. – Она уже в общежитии.

Волна облегчения. А потом что-то еще, другое чувство, которое Анна гнала от себя. Гнев.

— Она была там?

— Нет, Майло встретил ее на рассвете, когда она возвращалась, – фыркнула Лиззи. – Она выложила ему все.

— Так где она была?

— С этим парнем, Джоном Поттсом. На какой-то вечеринке за кампусом.

Анна села на постель, уставившись на школьные фотографии членов братства вверху листка.

— Бессмыслица какая-то.

Лиззи пожала плечами.

— Думаю, она была под веществами.

Анна развернула листок.

— Полная чушь, – тихо сказала она.

За их столом в столовой на следующий день, когда хмурое утро только-только заглянуло в окна, Анна обнаружила Уиллоу: в черной шапке из искусственного меха, прихваченной в чикагском секонд-хенде «Гудвилл», та крошила бейгл и скатывала хлебные шарики.

— Подруга, что за приколы? – спросила Анна, опуская поднос. Она пыталась произнести это шутливо, но Уиллоу не улыбнулась.

— Не начинай. – Уиллоу подняла голову, и Анна увидела раздутый фиолетовый синяк у нее под глазом. И ссадину на опухшей нижней губе.

— Иисусе! – воскликнула Анна. – Что с тобой случилось?

Уиллоу отщипнула еще кусочек бейгла. Шапка и мрачное выражение лица придавали ей сходство с персонажами Чехова.

— Поскользнулась на льду, – ответила она. – Перебрала кое с чем.

— На вечеринке?

У Уиллоу вырвался смешок.

— Ага. Точно. На вечеринке.

По ее тону Анне стало ясно: Уиллоу что-то скрывает. Она всмотрелась в лицо подруги: под глазом фингал, кожа бледная, глаза прозрачные… Уиллоу была такая хрупкая. И, похоже, она сломалась.

Прибежала Лиззи; она поставила поднос рядом с Уиллоу.

— Майло в кабинете декана. Том мне только что сказал.

— Что? – Анна поморгала, пытаясь сообразить, о чем речь. – Но почему?

Лиззи сняла крышку с картонного стаканчика и сделала глоток.

— Он пошел в «Сигму» и угрожал Джону. Поговаривают, их обоих могут отчислить.

— Серьезно? – воскликнула Анна, переведя взгляд с Лиззи на Уиллоу. – Угрожал ему за что?