Царь ледяной пустоши - Артур Гедеон Страница 56

— И какой вывод вы можете сделать, Андрей Петрович?

— Дайте подумать.

— А тут и думать нечего, дорогой друг! Я отвечу за вас: силы он колоссальной. Это вам не огонь исторгать из себя подобно Змею Горынычу. Этот демон, если он и впрямь существует, способен изменять природу – и свою, и окружающего его мира. Опаснее врага трудно себе представить. И завтрашний день о многом нам расскажет. Там, в вашем Синеборье…

— Согласен с вами. Но почему в вашем?

— Ну, потому что вы там уже были, освоились, везде нос любопытный сунули. А для меня это пока еще терра инкогнита.

— Ясно. Теперь ваша очередь, товарищ куратор.

Долгополов похлопал по папкам:

— У меня тоже есть и рассказ, и фотографии. Кстати, фотки тоже две. До и после. Прямо как у вас. Совпадение?

— И о ком ваш рассказ?

— Но вначале мы с вами немного выпьем. Не возражаете? За руль вам только завтра, так что сегодня можете оттянуться.

— Не возражаю.

У столика стояла плетеная корзинка, накрытая белым полотенцем. Кряхтя, Долгополов потянулся к ней, откинул полотенце, выудил из корзины бутылку темной наливки, поставив на стол и сказав: «Вишневая», – опять потянулся вниз. Выудил два пластмассовых стаканчика и пирожки в кульке.

— С картошкой, – сообщил он.

— Супер, – кивнул детектив. – А куда цивильные рюмки делись?

— Чтобы не разбить во время работы, – пояснил Антон Антонович. – Наливайте, чего смотрите? И по полной наливайте, не стесняйтесь.

Крымов откупорил бутылку и разлил по прозрачным пластмассовым стаканчикам вишневую наливку.

— А какой аромат! – воскликнул он.

— Да, аромат что надо. Постарался я, когда ее настаивал. Двадцать два градуса. Ну что? – Он поднял свой стаканчик. – Будем?

Крымов поднял свой стаканчик, и они соприкоснулись ободками нехитрой посуды.

— Будем.

Мужчины выпили, закусили пирожками.

— Из кулинарии? – спросил Андрей.

— Откуда ж еще? Из нее родимой.

Два пирожка были съедены.

— Итак? – спросил детектив. – О ком будет ваш рассказ?

Долгополов деловито кивнул:

— О генерале КГБ в отставке Григории Григорьевиче Кривоносе.

— Кто он такой и чем замечателен?

— Один из самых перспективных офицеров Лубянки в шестидесятых-семидесятых годах двадцатого века. Мучил несчастных венгров, которые хотели освободиться от советской власти, в 1956-м, и не менее несчастных чехословаков, которые хотели сбросить коммунистическое ярмо, в 1968-м. Стал полковником КГБ в тридцать девять лет. Как раз после Чехословакии. Мастер спецопераций. – Долгополов хитро улыбнулся. – Помогли мне с архивами мои давние знакомые. Открыли то, чего никто другой никогда бы не получил! Историю, пусть и урывками, той экспедиции, которую возглавил полковник Кривонос. Именно к нему на стол и легла посылочка из вашего Синего Бора.

— Так-так-так…

— А в посылочке было три черепушки новорожденных – и все с рожками. Как у черепушки, подаренной вам краеведом Суровцевым.

— Так это он, Кривонос, побывал в Синем Бору пятьдесят лет назад? – догадался Крымов. – Верно?

— Верно, Андрей Петрович! Именно он собрал экспедицию, вооруженную до зубов, с отрядом спецов, целой ротой чекистов, полком ученых, и отправился на поиски ответов – на те вопросы, на которые материалистический мир дать ответы, увы, был неспособен. Наливайте еще по стаканчику моей наливки, махнем еще по пирожку, и тогда уже я начну.