Загадка этажа номер 12 - Нин Ханъи Страница 65

— Значит… это правда? – Она вскочила с дивана, дрожа всем телом. – Каждый год… миллион с лишним… О небеса… – Слова от волнения застревали в горле.

Тань Яли выпустила воздух со свистом.

— Мне… мне нужно пару секунд, чтобы это переварить.

Им потребовалось добрых десять минут, чтобы прийти в себя. Когда Доу Хуэй наконец заговорила, по ее щекам уже катились слезы:

— Это же… это же сама судьба! Точно как ты сказал – вчера голову ломали, а сегодня… – Она всхлипнула, сжимая руку мужа до побеления костяшек. – Небеса нас услышали! Как там говорится… «Небо вознаграждает усердие»! Вот оно, вот!

Тань Юн горько усмехнулся:

— «Небо вознаграждает усердие»? Неужели за то, что я ходил на посиделки к Ли Сюэли, Небеса решили осыпать меня золотом?

— Я не про тебя! – горячо перебила Доу Хуэй. – Я про Яли! Наша дочь так упорно учится. Разве Небеса могли этого не заметить? Они подарили Яли возможность поехать в лучший университет мира!

— Ну… это да, – кивнул Тань Юн.

— Только вот «вознаграждение» слишком уж щедрое, – фыркнула Тань Яли, игриво высунув язычок. – Моя учеба за границей обойдется максимум в миллион, а папе-то достанется больше двадцати семи!

— Именно поэтому мне как-то… не по себе. – Тань Юн поерзал на диване. – Чувствую себя мошенником. Незаслуженные деньги – они ведь как… как горячие угли в кармане.

— Да что ты мелешь? – Доу Хуэй всплеснула руками. – Деньги не украдены, не отняты! Гун Ямэй сама решила оставить тебе наследство. Да и не тебе одному – всей вашей «Большой семье»!

— Но я-то среди них чужак. Они живут в одном доме, видятся каждый день. А я лишь изредка захожу на их посиделки. Вот уж не думал, что Гун Ямэй включит меня в завещание. И вот еще что! Для остальных есть условие: двадцать лет жить в «Юэхайване», иначе лишатся наследства. И только у меня нет никаких ограничений, то есть я за просто так получаю эти двадцать семь миллионов

Доу Хуэй уже захлебывалась от восторга:

— Лао Тань… Скажи, за какие такие заслуги? Гун Ямэй… она и правда к тебе так хорошо относилась?

— Да уж слишком хорошо. – Тань Юн в замешательстве почесал затылок. – Кстати, мне нужно доложить об этом руководству…

— Что?! – Жена всплеснула руками. – Где это написано, что полицейские не могут получать наследство? Ты что, заставлял Гун Ямэй вписывать тебя в завещание? Какое твоему начальству до этого дело?

— Точно! Если что – уйдешь оттуда. Пап, ты же теперь мультимиллионер! Чего бояться какого-то начальника?

— Не неси ерунды! Полиция – это не просто работа для меня. Это призвание.

— Ага-ага! Мой папа – воплощение справедливости, гроза преступников, посланник мира! Самый крутой полицейский на свете! – Яли обвила руками его шею.

— Ну и язык у тебя! – Тань Юн шутливо щелкнул ее по носу.

В комнате раздался дружный смех.

— Пойду разогрею еду, – объявила Доу Хуэй.

— Мам, серьезно? Вчерашний том-ям? Папа же скоро станет миллионером! Разве это не повод для праздника?

— Опять в ресторан?

— Конечно! – неожиданно согласился Тань Юн. – Сегодня идем в хороший стейк-хаус!

— Ура! Ты лучший!

— А твоя контрольная…

— Сделаю, как вернемся. Сейчас я могу сосредоточиться на том, что впредь буду жить за счет богатого папули! – Дочь цепко ухватилась за отцовскую руку.

— Ну и ну, откуда в тебе столько наглости?