Новобранцы холодной войны - Ирина Дегтярева Страница 72

— А что, Кристиан серьезно вляпался?

— Да уж, нешуточно. Сидеть будет. Слушай, а он тебе никогда не говорил о своей поездке в Германию?

— Болтал чего-то и даже привез небольшой сувенир. — Джесус чуть заметно смутился, но все же пояснил: — Один препарат для усиления… как бы сказать, мужской силы. В Германии выбор подобных пилюль побогаче и не налетишь на фальшивку. Я как узнал, что он едет, и заказал. Не для себя, а на продажу знакомым. Много, конечно, через границу не провезешь, но все-таки.

— Зачем он туда ездил? Ведь не за пилюлями для потенции? — Виктор не стал уточнять о незаконности такой торговли, но зарубку себе на память сделал. Не с тем человеком Джесус откровенничает.

— Вроде по туристической линии… Хотя, — начал припоминать Джесус, — Кристиан хвастался, что познакомился с известным журналистом.

— Он называл его имя?

— Наверное, раз хвастался. Только я далек от темы журналистики. — Джесус явно выглядел лучше, чем в начале беседы. Как человек уже вышедший от зубного врача, когда приходит осознание, что все позади и все не так уж плохо. Ничем ему, по большому счету, подписка не грозит, наоборот, можно попытаться извлечь из этого «сотрудничества» выгоду. — У меня на нервной почве разгорелся аппетит, — смущенно признался он.

Испанец заказал себе бифштекс. Хоть и в рыбном ресторане, мясо в меню оказалось.

Сосредоточенно разрезая мясо Джесус вдруг вспомнил:

— Болгарин! Он сказал, что журналист вроде как болгарин. И мол, в последнее время о нем много слышно на телевидении и в интернете. Я тогда еще удивился, что может быть общего у известного журналиста и аргентинского безработного, ошивающегося в Москве.

«Хороший вопрос, — подумал Виктор. — Завтра его переадресую Кристиану».

* * *

— Это пока не под протокол. Да ведь я и не следователь…

Виктор прошелся по кабинету Петрова. От столика с чайником у двери до окна. Утром он попросил следователя дать возможность пообщаться с Кристианом наедине. На что тот кивнул и, закатив глаза, сказал: «Эти ваши оперативные штучки. Потом расскажешь, о чем речь?» Яфаров пожал плечами, дескать, как пойдет.

Пока не шло — Виктор чувствовал, что Кристиан с порога встретил его в штыки. Ни следа не осталось от его аргентинской доброжелательности. Перед ним сидел мрачный человек, смотревший исподлобья.

— Вы ничего не хотите мне рассказать? У вас было несколько дней посидеть, подумать… Молчите? Хорошо. Я скажу вам, что у вас есть отличный шанс улучшить свое положение на предстоящем суде, когда следствие будет окончено. — Виктор остановился напротив Кристиана, сунув руки в карманы брюк, стоял устойчиво, как моряк на палубе штормующего корабля. — Когда вы разговаривали в Германии с Гинчевым, он обещал, что дезинформацию об СВО писать будет сам и его люди из компании журналистских расследований?

— Какой еще Гинчев? — запинаясь, спросил Кристиан, бледнея, на лбу у него выступила испарина.

— Расскажите о встрече в Германии. Детально. Поверьте, вам это зачтется на суде.

— И тем самым подтвердить, что я некто больший, чем технический персонал? А это совершенно не так! Вот вы поверите, если я вам скажу, что все эти встречи в Германии ни к чему не привели? Из меня не собирались делать суперагента… Я ничего под протокол подтверждать не стану, сразу говорю. Статья, по которой я иду, меня устраивает. Доказательств на что-то другое, как сказал мой адвокат, у вас нету.