Храмы веселья - Кейт Аткинсон Страница 72

— Но, конечно же, я пойду, – сказала Гвендолен, обращаясь к записке.

Пышно названная «Академия танца Вэнбру» располагалась на Фрит-стрит, и Гвендолен решила отправиться туда пешком – как вскоре стало ясно, большая ошибка. Во-первых, идти было далеко, а во-вторых, оказавшись в Сохо, Гвендолен безнадежно заблудилась в лабиринте улиц. Люди, у которых она спрашивала дорогу, похоже, были столь же несведущи в топографии столицы, как и она сама. Должно быть, она добрых полчаса плутала по лабиринту, прежде чем случайно наткнулась на Фрит-стрит. Без карты не обойтись.

* * *

— Что ж, для девушки всегда что-нибудь найдется, пока она не увяла, – сказала Ада Шербурн. «Мисс Ада Шербурн – преподавательница танцев» царила в академии Вэнбру. Внешность мисс Шербурн ошарашивала: бледная, как выросший во тьме побег, в идеально сидящем черном платье (элегантном, а не похоронном), с такой безупречной осанкой, что Гвендолен почувствовала себя полной замарашкой. Мисс Шербурн также не стриглась: длинные волосы были уложены в аккуратную, но замысловатую прическу, на которую у Гвендолен ушли бы часы (если бы она вообще смогла такое воспроизвести). Гвендолен сразу воспылала неприязнью к учительнице танцев.

— Да, насколько я помню, они здесь занимались, – сказала мисс Шербурн. Когда прозвучали имена Фреды и Флоренс, у нее дернулся глаз. Возможно, это просто нервный тик.

— Когда вы видели их в последний раз?

— Ах, не припомню, – туманно ответила преподавательница. – Возможно, несколько недель назад. К сожалению, таланты Фреды оказались посредственными, она довольно неуклюжа. То есть у нее сносный чечеточный шаг и слух есть, но я знаю полсотни девушек поспособнее. А уж бедняжка Флоренс… Возможно, они перешли куда-нибудь в менее респектабельное место.

Что это значит?

— Скажите, мисс Келлинг, кем они вам приходятся, эти девушки?

— Это девушки, которые пропали, мисс Шербурн, вот кем они мне приходятся.

— Я бы на вашем месте поискала по ночным клубам. Такие, как Фреда, – лакомый кусочек для Нелли Кокер мира сего. Она пожирает их. Хотя я предполагала, что они вернулись в родную деревню, на север.

В устах Ады Шербурн слово «север» прозвучало как оскорбление.

— Йорк, – защищаясь, подсказала Гвендолен. – На самом деле очень приятный город. С древней историей.

Зазвонил телефон, прервав этот обмен колкостями.

— С вашего позволения, – сказала Ада Шербурн, сняла трубку, не дожидаясь ответа Гвендолен, и, прикрыв рукой микрофон, сказала ей: – Мне ужасно жаль, что я больше ничем не могу вам помочь, – а затем убрала руку с микрофона и завела приторную беседу, явно с кем-то из театрального мира. Гвендолен поняла, что ей указывают на дверь.

На выходе ей навстречу попалась стайка девушек, идущих на занятие в репетиционной одежде, с танцевальными туфлями в руках. Они заулыбались и забормотали вежливые приветствия.

— Прошу прощения, – сказала Гвендолен, – не знает ли кто-нибудь из вас Фреду Мёргатройд или Флоренс Ингрэм, которые здесь занимались?

Девушка в хвосте стайки пропищала:

— Я знаю Фреду. Она хорошая.

Остальные девушки не стали задерживаться и пошли дальше.

— Когда ты видела ее в последний раз?

— Пару дней назад. На репетиции.

Пару дней назад? По словам Ады Шербурн выходило, что она не видела Фреду и Флоренс уже несколько недель. Неужели они такие незапоминающиеся? Или есть какая-то причина, по которой преподавательница хотела о них забыть?