Остров Спящей Женщины - Артуро Перес-Реверте Страница 87

— Погасите сигарету.

Тот повиновался. В каюте Хордан зажег свет, сунул в ящик фотографии и недописанное письмо, расстелил морскую карту. Иоаннис и Бомонт придвинулись. На карте карандашом были прочерчены все возможные маршруты от выхода из Мраморного моря до архипелага Киклады.

— Вопрос в том, как угадать маршрут, – сказал он, водя пальцем по линиям.

— Каики подняли якорь и вышли в море, ставшее винно-красным, – сказал Бомонт. – Я получил их донесения почти одновременно с этим.

Все трое склонились над картой, а радист поднял очки на лоб, чтобы лучше видеть вблизи. Элеонасу не было нужды всматриваться: все эти воды и острова он знал наизусть.

— Триста миль до пролива Кафирефс, – сказал он. – Если они выберут этот путь.

Хордан кивнул:

— И еще двадцать, если пройдут восточней Тиноса.

— Скорость танкера известна?

Хордан показал на «Каталог торговых судов», стоявший на полке рядом с техническими руководствами и лоциями:

— Судно старое. Может дать не больше десяти-двенадцати узлов. Это предел, и потому время от времени они сбавляют ход. Переход дальний, берегут котлы. Так что обычно семь-восемь узлов.

— Ну то есть путь займет от тридцати до сорока трех часов, – подсчитал Элеонас.

— Более или менее. – Хордан потыкал пальцем в три точки на карте. – Это значит, что завтра к полудню он будет здесь, а во второй половине дня – здесь или здесь.

— Кратчайший путь – через пролив Кафирефс, – высказался грек.

— Да, скорее всего. Если пойдет медленно и выберет этот путь, прибудет завтра ночью или послезавтра рано утром. Стало быть, мы можем выйти ему навстречу вечером. Четырех-пяти часов хватит, чтобы обследовать зону и определиться.

— Наши каики смогут установить его местонахождение? – спросил Бомонт.

— Лучше бы смогли, а вы, если не прозеваете, узнаете первым. Иначе нам придется шарить вслепую и, возможно, в темноте, а танкер в этом лабиринте островов – что иголка в стоге сена. – Он улыбнулся ободряюще и не вполне искренно. – Тут вся надежда – на орлиное око нашего штурмана.

Элеонас, не поддавшись на лесть, качнул головой. Поскреб щетину на подбородке:

— Сделаю, что смогу, капетанье.

Хордан перевел взгляд на Бомонта:

— Пока не выйдем в море, держите рацию в рабочем режиме. И проверьте все: в море связь должна действовать идеально.

— Антенну подняли повыше, и результаты отрадные, – ответил англичанин. – Прием улучшился.

— Ну и хорошо. Нельзя допустить, чтобы мы осрамились, как со «Старым большевиком». – Он повернулся к Элеонасу. – Людям скажите, что завтра рано утром проведу инструктаж, так что пусть постараются выспаться.

— О-о, это чудесно! – вмешался Бомонт. – И даже супруга нашего кока сможет предаться сладостному сну после тяжких ночных бдений… – Он поднял руку, словно чокаясь воображаемым бокалом. – С блаженною дремотой совладаем, когда заря в пурпурной колеснице еще не… ну и так далее. Короче говоря, и трубный гром нам возвестит: в седло![56]

Хордан и Элеонас переглянулись с усталой покорностью судьбе. Они уже привыкли к выходкам англичанина.

— Люди будут рады, – сказал штурман. – А то в последнее время томятся от безделья. Все тренировки на берегу, стосковались по настоящей, без дураков, морской охоте… – Он рассмеялся, показав хищный оскал матерого контрабандиста. – Хочется же дела.