Исповедь жертвы - Дебора Массон Страница 90

Она опустила голову, пытаясь снова установить зрительный контакт со мной.

— Я только что была у Кэмерона.

Я поднял глаза лишь потому, что она сказала это как-то по-особенному. Учитывая, что он жил в Данди, навестить его «только что» было весьма затруднительно. После того инцидента вы видели его всего два, может быть, три раза. Но в ее словах ощущалась какая-то угроза, которая должна была подстегнуть мое желание сесть с ней за столик.

Я перестал скрести давно чистую столешницу.

— И как он?

— Все еще не тот Кэмерон, которого мы знали, как ты сам знаешь.

«Как я сам знаю».

— Жаль.

Мэнди подняла с витрины пачку печенья, повертела ее в руке и положила обратно.

— Даже удивительно, что они до сих пор не нашли нападавшего.

Я автоматически переставил позади себя несколько кофейных турок, которые и так стояли на своих местах.

— Сомневаюсь, что уже найдут; прошло столько времени.

— Ну, это сложно, если он был одет во все черное и накинул капюшон.

Я повернулся к ней. Она посмотрела мне в лицо, будто выискивая в нем что-то. Тогда я вышел из-за стойки и повел ее к столику – другому, не за тот, где сидели мы с тобой, Бет.

Она улыбнулась, и от этого у меня по спине пробежал холодок.

— Видимо, не так занят, как говоришь.

Садясь напротив Мэнди, я ненавидел ее.

— Когда я навестила его в последний раз, он наконец-то начал вспоминать. Разумеется, Бет не было рядом. Наверное, он не хотел ее пугать; может быть, даже пытался защитить ее.

— Защитить от чего? – Я посмотрел на деревянный стол, разделявший нас.

— Он мало что помнит о той ночи, но уверен, что позади него никто не шел. Он думает, что этот кто-то спрятался в переулке и поджидал его. Как будто он, кто бы это ни был, знал, что Кэмерон срежет путь домой в этом месте и в это время.

— Жуткое дерьмо.

— Ага. – Она не спеша открыла пакетик с сахаром.

Я чувствовал ее обжигающий взгляд, направленный прямо на мою макушку.

— Для него это обернулось трагедией, но, к счастью, Бет было куда пойти. И она чувствовала себя в безопасности… ну знаешь, когда стало понятно, что Кэмерон уже не вернется.

— Полагаю, что так.

Она хотела от меня большего, я чувствовал это.

— Он мало что помнит о той ночи, но тебя он помнит хорошо. Он рассказывал мне о тебе еще до всего этого.

— Правда? Этот парень едва меня знал. – Я уставился на ложку, которой она помешивала кофе.

— О, он знал достаточно. Мы оба.

Мое сердце бешено забилось. Неужто они выяснили мое настоящее имя? Раскопали, что Сын Мясника – это я? И знали ли они, что я был не совсем честен с Бет насчет моего прошлого?

— Так что он сказал?

Мне потребовались все мои силы, чтобы не закрыть глаза перед тем, что должно было вот-вот произойти.

— Что ты слишком увлекся Бет.

Я выдохнул.

— Я слишком увлекся Бет? Что, черт возьми, это вообще значит?

Мэнди пожала плечами, изображая бессловесного палача.

— Я имею в виду не любовь, а нездоровую увлеченность. Ты ревнивый. Контролирующий все и вся. Иногда даже пугающий.

Я нахмурил брови:

— Это Кэмерон так сказал?

Сегодня его было сложно называть «Кэмми».

— Ага.

— Парень, который был явно влюблен в Бет, но не осмелился сказать ей о своих чувствах?

Мэнди ухмыльнулась:

— Думаешь, он сказал это из ревности?

Я фыркнул:

— Он вел себя как придурок с нашей первой встречи.