Башня Кристо - Келли Уэст Страница 94

И все же…

Бо стоял в прихожей своей квартиры, прислушиваясь к биению собственного сердца. Он никогда еще так остро не чувствовал, что вот-вот сорвется. Потеряет контроль над собой и ситуацией.

Потеряет все.

Это шоу было устроено не просто ради правосудия для погибшей родни Ведущей. Кто бы это ни затеял, было здесь и что-то еще.

Дело было не только в том, что «Пейбэк продакшнс»[50] собрала всех людей, в той или иной мере причастных к той аварии. Организаторы знали о вещах, которые выходили за рамки той ночи в лагере. Касающихся жизни участников. Знали их секреты. Их слабости.

Они знали про Мелиссу.

Вообще никто не знал про эту девицу.

А что, если эта Ведущая… что, если она знала, что он сделал? У нее ведь была та книжечка спичек. Она могла знать, что из этого следует. Кто-то мог видеть, как он в пабе клеился к малолетней девчонке. Кто-то мог проболтаться.

Бо покачал головой. Смерть Мелиссы списали на несчастный случай. Все это позади. Он чист. И вспоминать нечего.

За окном по небу распускающейся паутиной промелькнула молния, тут же громыхнул гром.

Как по команде, свет в квартире несколько раз мигнул и погас. Бо немного постоял в темноте, которую лишь отчасти рассеивали слабые отблески огней большого города, просачивающиеся сквозь огромные окна.

Ночь и вправду была темной и ненастной. Как по заказу. Но отключение было вызвано не грозой. Со своего места в прихожей Бо мог видеть электронные часы на микроволновой печи на кухне и светящуюся полоску под входной дверью. В «Кристо» по-прежнему было электричество.

Это здание… Это шоу… Эта игра… Ему просто пудрили мозг. Ведущая пыталась напугать его.

— Да пошла ты, – прошептал Бо.

Красные огоньки, закрепленные полосками на потолке, отбрасывали тусклое свечение, наводящее на мысли о каком-то оттенке женской губной помады, создавая темно-малиновые тени и углы, напоминающие кроваво-красное варенье. Ведущая полностью контролировала происходящее в квартире.

Бо глубоко вздохнул и заставил себя подойти к входной двери, где уставился в глазок камеры, расположенный прямо над сложными электронными замками. Впервые он заметил подставку для зонтов, похожую на медную птичью клетку, и стоящую в ней бейсбольную биту. Модели «Луисвиль Слаггер S44 Про-сток». Точно такую же, какую ему подарили на Рождество, когда ему было десять лет. Его мать обернула эту деревянную балду полосатой оберточной бумагой и положила под елку, не оставив ничего на волю воображения.

Бо потянулся к подставке для зонтов, взял биту и прикинул ее в левой руке, как будто ожидая своей очереди отбивать подачу. Он мог представить, как замахивается ею. Дуновение теплого воздуха в лицо в момент замаха. Удар мяча о кленовую поверхность.

Этот вес в руке… Текстура обмотки на рукоятке… Все это казалось… знакомым. Мышцы ног напряглись, в груди что-то сжалось.

Он стоял, все не решаясь взяться рукой за дверную ручку.

И тут в динамиках квартиры зазвучал голос.

Его он тоже сразу узнал. Это было последнее сообщение, оставленное Мелиссой на его автоответчике. То, которое он не смог удалить достаточно быстро. То, о котором вспомнил, лишь когда полиция попросила разрешения проверить его телефон, после чего направил их к штатному юрисконсульту больницы.

«Бо? Пожалуйста… Пожалуйста… Не мог бы ты мне перезвонить? У меня беда, и…»