Тьма по соседству - Марьяна Куприянова Страница 235

— Пойдем к тебе. Там все обсудим.

В 405-й Фаина села на кровать, а Ян – на пол перед нею. Всем своим видом он показывал, что готов внимательно выслушать ее.

— Ян, я хочу с тобой договориться.

— О чем?

— О Гене.

— Кто это?

— Наш сосед.

— Который из них?

— Не прикидывайся, что не знаешь парней, с которыми я общаюсь. Уверена, знаешь.

— Я понял, о ком ты. Что дальше?

— Хочу попросить тебя, чтобы ты ни при каких обстоятельствах, что бы ни случилось, не причинил ему вреда.

Ян помолчал, прищурившись.

— Почему ты так за него беспокоишься?

— Он мой друг.

— Только друг?

— Да. И он за меня очень переживает. Я не хочу, чтобы он пострадал.

— Между вами что-то было. Или намечалось.

— С чего такие выводы? – Она нервно поднялась и ушла к окну, не в силах еще хоть мгновение переносить парализующий взгляд.

— Нет, подожди. А почему я должен навредить ему? Мне потребуется весомая причина. И такая причина появляется, если парень претендует на тебя.

— Он тебе не конкурент.

— Тогда откуда твое беспокойство?

— Просто он дурак. Самонадеянный дурак. И может полезть куда не следует.

— Например, решит спасти тебя из лап монстра?

— Именно.

Ян помолчал, затем неспешно поднялся на ноги.

— Фаина, выполнить твою просьбу я не могу. Обещание не навредить твоему любимому Гене – самое глупое обещание, которое я только могу дать. Оно противоречит как моей естественной природе, так и моему человеческому темпераменту.

— Ты не тронешь Гену.

— Пусть только повод даст.

— Почему ты не можешь исполнить такую простую просьбу ради меня?

— Потому что ты так печешься о нем, словно между вами на самом деле что-то было.

— А ты ревнуешь?

— А есть за что?

— А если есть?

— Тогда ему конец.

— Разреши напомнить тебе о нашем уговоре. Условия были таковы, что ты позволишь мне пожить нормальной человеческой жизнью. В которой есть друзья и прочие простые радости. Может быть, даже любимый человек. То, что я сейчас провожу с тобой время, не означает, что я отказалась от этих условий. Тебе не в чем меня упрекнуть. Я больше не лезу на рожон, не совершаю попыток побега, не устраиваю скандалов, не пытаюсь тебя убить, позволяю тебе делать со мной то, что тебе захочется, не противлюсь тебе, провожу с тобой много времени, чтобы привыкнуть и принять тебя…

— А я-то думал, у нас все взаимно, – разозлился Ян. Его пошатывало от внезапно нахлынувшего гнева. – Думал, ты по собственной воле проводишь со мной каждый день, думал, тебе это нравится. А ты, получается, выполняешь договоренности, и не более того, а сама мечтаешь о другой жизни. Мечтаешь избавиться от меня.

— Никто не хочет умирать, Ян, – призналась Фаина после паузы.

Ян понимал, что от его постоянного присутствия Фаине становится хуже, пусть и не так быстро, как он ожидал, – девушка оказалась сильнее, чем он рассчитывал, и некоторые хитрости помогали. По-настоящему волноваться стоит начать лишь после того, как у нее начнут выпадать волосы. Нужно было проверить, как много времени есть у них в запасе.

Ян подошел к ней, запустил руку в ее пышную копну и потянул вниз. В ладони осталось несколько волосков, но они были толстыми и крепкими, наполненными энергией и силой.

— Что ты делаешь?

— Хочешь пожить обычной жизнью, значит? Ну, живи. – Он легонько оттолкнул ее от себя, но она снова приблизилась, будто на магните. – Но помни, что это ненадолго. Я возьму свое, когда придет время. Это неизбежно.