Тьма по соседству - Марьяна Куприянова Страница 247

На этот раз совет был на удивление недолгим – Ясперсу поверили, а Фионе нечего было возразить. Пока что. Пришлось смириться с решением долечить гостя и отправить на все четыре стороны. Утешало то, что знахарь обещал скорое выздоровление.

Ясперс ни у кого не вызывал двойственных чувств, подозрений или тревоги. Его восприняли как человека, не способного ко злу, оказавшегося не в то время и не в том месте. И даже Фионе с течением времени стало казаться, что она перегибает палку.

Юноша действительно жил при дворе, сомнений не осталось: он был учтив, эрудирован, витиевато изъяснялся, проявлял завидную чистоплотность. Фиона ни разу не сидела с ним, но часто слышала от других девушек, как много увлекательных историй знает Ясперс и как чудно́ порой разговаривает.

Спустя время он стал выходить на прогулки, которые можно было назвать активными лишь с натяжкой. Сердобольные девушки курировали его перемещения, опасаясь неосторожного шага и падения, но Ясперсу смертельно надоело валяться в хлеву – он хотел двигаться и дышать свежим воздухом. Ему помогали, в ответ он вел себя благодарно.

Мужчины подобрели к нему: по крайней мере, он не трогал их дочерей, даже наоборот – обучал этикету, читал им немногочисленные книги, что нашлись в деревне, знакомил с иностранными языками, которых знал много даже для образованного человека.

Девушкам было интересно проводить с ним время и заботиться о нем, но Фиону не покидали смутные подозрения. Ее тоже звали пообщаться с Ясперсом, но слышали язвительное «у меня нет времени на болтовню» в ответ. И со всеми заботами о пропитании и благополучии деревенских жителей у нее действительно не оставалось времени на беседы.

Она догадывалась, зная местных девиц, что некоторые из них, особо амбициозные, планировали обворожить Ясперса и уехать с ним из этого богом забытого места, вырваться в другую жизнь, с балами и нарядами, без голода и тяжкого ежедневного труда. Такие мотивы были очевидны и предсказуемы, не стоило винить мечтательниц в дерзких планах на будущее. Однако Ясперс вовсе не собирался открывать кому-либо сердце.

За полторы недели пребывания здесь он не выглядел ни капли влюбленным или очарованным. Дружелюбный и учтивый со всеми одинаково, он всегда знал меру – в нем отчетливо читался бывший придворный фаворит, привыкший притворяться ради личной выгоды, любезничать со всеми, но держать дистанцию. Эта догадка позволила Фионе заподозрить Ясперса в неискренности и вдоволь поразмышлять над его возможным лицемерием.

Юноша медленно, словно нехотя, шел на поправку, признаваясь, что с радостью остался бы жить здесь, да боится навлечь беду на хороших людей. Едва раны подзатянулись, его прогулки стали более частыми. Он даже настаивал на том, чтобы помочь мужчинам в охоте или строительстве, но никто его не пускал заниматься серьезной работой.

— Фиона же помогает вам, почему я не могу? Видите, я стою на ногах и могу выполнить посильный труд. Мне совестно, что я живу тут бесплатно и объедаю вас.

Девушка на это лишь фыркнула и отвернулась.

— Фиона не помогает нам, она работает с нами наравне, – объяснили ему. – Но Фиона делает это давно, ей в привычку. К тому же у нее нет швов, которые могут разойтись. Набирайся сил, об оплате поговорим позже.