Навьи пляски - Ирина Невская,Александр Подольский,Дмитрий Тихонов,Александр Егоров,Евгений ЧеширКо,Мария Роше,Элина Лисовская,Оксана Заугольная,Наталья Русинова,Ольга Цветкова,Алексей Гибер,Саша Уба,Рина Солнцева,Ольга Рейнардин,Родион Вишняков,Анна Евген Страница 55

Умрун ринулся в кабак, размахивая когтистыми ручищами, с которых снова стекала свежая кровь. Стоявшие ближе к двери, спотыкаясь и падая, рванули наружу – путь теперь был открыт. Какая-то баба залезла на стол и, подтянув юбки повыше, надсаживала в крике горло. Маремьян сполз под лавку и, бестолково стуча ногами по полу, стискивал рубаху на груди. Лицо его сделалось синюшным.

Умрун на него не смотрел, он кинулся к Устинье, что стояла посреди кабака, выставив перед собой кочергу. Лёнька невольно восхитился: вот это баба, заложного покойника не испугалась! Однако, зря – тварь прыгнула, вцепилась зубами в палку, раздался хруст, и кочерга разломилась на две половинки. Первая с грохотом упала на пол, вторая осталась у оторопевшей хозяйки в руках.

И Лёнька очнулся.

— В подпол, быстро! – толкнул он застывшую от ужаса Анну. – Доски до рассвета он не прогрызёт, а как петух пропоёт – побежит в землю прятаться! Ну, не стой! Помоги матери!

А сам, перекрестившись, схватил со стола кувшин с компотом и выплеснул остатки мертвяку в харю. Колдун затряс волосами, сбрасывая ошмётки яблок и изюма на пол, мазнул себя лапищей по глазам и замер: Карп Морковка, подскочив сзади, с размаху насадил свой горшок ему на голову. И хорошо насадил, до самых плеч.

Рык умруна стал гулким, сам он закрутился на месте, пытаясь стащить треклятую посудину с головы. Бесполезно – та села как влитая. Краем глаза Лёнька успел увидеть, что хозяйкины дочки и помощницы вереницей скрываются в кухне. Анна шла последней – они с отцом вели под руки мать, в час беды вдруг ставшую неповоротливой.

«Не бегала ни от кого за всю жизнь, вот и не привыкла», – подумал Лёнька, озираясь по сторонам. Кабак стремительно пустел, народ выскакивал в двери, в окна, взбегал по лестнице наверх. Умрун катался по полу, пытаясь разбить горшок, но пока безуспешно.

— Чего встал, бегом! – Агат ткнул его в спину. – Или подождём, пока образина на нас кинется?

— А… – Лёнька указал на торчащие из-под лавки Маремьяновы ноги. В месте, где штанины сшивались воедино, набрякало мокрое пятно.

— Так сдох Маремьян, не видишь? – Агат поморщился, подхватывая сумку. – Сердце разорвалося со страху. И хрен с ним. Жил собакой трусливой и помер так же.

Уходили всё же через кухню – Агат ещё днём разглядел, что с противоположной стороны кабака есть ещё одна дверь. Тут уже было пусто, лишь из подпола доносился едва слышный гул встревоженных людских голосов. На загнетке у печи булькал горшок с кашей да блестела начищенными боками сковорода, наполненная шматками печёного мяса. Агат бессовестно стянул один, затем взял лежащий рядом непочатый хлеб и махнул рукой:

— Не стой, дурень, шевели копытами. Неровен час, или мертвяк нас схарчит, или селюки бошки снимут за то, что он за нами пришёл.

— А…

— Так ты ж и расскажешь, малахольный, – ухмыльнулся Агат, показывая редкие зубы. – Или я людей, по-твоему, не знаю? У тебя ж на роже всё написано. Хорошо, если девке той белявой и её мамаше всё как на духу выложишь, а то и перед попом на исповеди покаешься в копании могил для чернокнижной ворожбы. Потому я тебя тут и не оставлю. Ну, шевелись! Кому говорю?!

И всё же Лёнька задержался, когда Агат отпирал дверь. Лишь на миг, увидев на краешке кухонного стола кисет с маком. С тем, что мог здорово их выручить, если верить дедовским байкам.