Ключ к древнему пророчеству - Евгений Фронтикович Гаглоев Страница 7

Каждый из них попал в сиротский приют сразу после гражданской войны, когда королевский трон захватил Всевелдор, провозгласивший себя императором. Родители Триша и Пимы наверняка тоже погибли, иначе жили бы оба в родном доме, а не в казенном учреждении.

Если бы не война…

Мальчишки и девчонки из соседней деревни все жили с родителями и понятия не имели, что значит расти в приюте, каждый день уворачиваясь от пинков и подзатыльников комендантши Коптильды. А Дарина и ее друзья даже не представляли, каково это – быть обычными домашними детьми. И виной всему были Всевелдор и Лионелла, устроившие войну и свергнувшие прежнего короля!

— Но тогда мы, наверное, никогда не встретились бы, – тихо произнес Пима.

— Верно, – согласился Триш. – А ведь мы тоже семья.

— Точно! – воодушевилась Дарина. – Вы двое для меня – самые близкие люди.

— Двое? А про бедного кота все позабыли? – недовольно заворчал Акаций.

— Забудешь про тебя, как же! – рассмеялась девочка и почесала пушистого толстяка за ушами.

Тот блаженно заурчал, затем поднялся на задние лапы и принял бравый вид.

— Ну, хватит сопли разводить! Пора всерьез подумать о завтраке, – скомандовал Акаций. – Что, не знаете, где раздобыть еду? Как говорила ваша чокнутая комендантша, три кочана капусты, и ни одной умной мысли на всех!

— А что ты предлагаешь? – спросила Дарина.

— Глаза разуйте! Рядом ведь озеро! – воскликнул кот. – А озеро означает рыбу. Почему бы нам не устроить рыбалку?

— А как ты собираешься ловить рыбу? – удивилась девочка.

— А вы-то на что? Неужели три здоровых оболтуса не наловят рыбы для ослабевшего от голода кота?

— Я бы тоже рыбки поел, – подхватил Пигмалион. – Вареной или жареной…

— От ваших разговоров у меня уже в животе урчит! – признался Триш. – Или прекращайте, или давайте в самом деле рыбачить.

— А лодка у вас есть? – спросила Дарина. – Или эта машина может и плавать?

— Нет, – покачал головой Пима. – Плавать не может. Только тонуть…

— Так о какой рыбалке речь?

— Нужно украсть лодку, – предложил вдруг Акаций.

— Воровать плохо! – заявила девочка.

Кот расхохотался, обхватив себя лапами за жи-вот.

— Ой, не могу! – затрясся он. – Вот умора! Воровать плохо! Скажи это старосте Гвидону, у которого вы столько лет тырили огурцы!

— Этот кот еще больший нахал, чем я предполагала, – обиделась Дарина. – Может, просто засунем его в мешок и выбросим на дорогу?

— А кто тогда будет давать вам, обалдуям, ценные советы? Из нашей команды я самый нормальный! А эти Сосиска и Пончик ничего путного еще ни разу не предложили, – заявил Акаций, кивнув в сторону Триша и Пимы.

Те чуть не поперхнулись от возмущения.

— Пончик? – удивился Триш. – Ты же раньше звал его Котлетой!

— Мне кажется, с тех пор он еще сильнее растолстел. Теперь уже не Котлета, а самый настоящий Пончик!

— Лодку можно и одолжить, – назидательным тоном произнес Пима.

— Когда не воруешь, не так интересно, – разочарованно сказал кот.

— Ладно! – смилостивилась Дарина. – Давайте сделаем небольшой привал и подумаем, как наловить рыбы.

— Давайте, – кивнул Пигмалион. – Тем более надо набрать хвороста, чтобы можно было ехать дальше. Дрова в топке почти прогорели.

Мальчишка остановил машину на песчаном пригорке под большим раскидистым деревом, дабы скрыть ее в тени от палящих солнечных лучей.