Сиротский приют у озера - Дэниел Г. Миллер Страница 82

Сегодня утро вторника, поэтому движение на дорогах плотное. Я делаю все возможное, чтобы пробраться сквозь толпу машин, но даже у моих возможностей есть предел. Я запускаю свой лучший EDM-микс на Spotify, чтобы прочистить мозги, но мысли постоянно возвращаются к делу. Меня наняли, чтобы я нашла ответы, но я нахожу только вопросы. Что такое театр Диониса? Что скрывает Маккензи? Что еще скрывает Мэдлин? Кто еще в этом замешан? Мой мозг работает на холостых оборотах, как двигатель на нейтралке, и застревает на месте, как поток машин передо мной.

К счастью, после тридцати минут раздумий звонит телефон, и я вижу, что это детектив Ритер. Следуя его просьбе, я не звонила ему с тех пор, как в последний раз была в Лейк-Джордже. Я хотела остаться с ним в хороших отношениях на случай, если мне действительно понадобится его помощь. Прежде чем поднять трубку, я коротко помолилась о наличии хороших новостей.

— Бобби Ритер, пожалуйста, скажи, что у тебя есть что-то хорошее.

В трубке раздается нервный смешок.

— Что, даже без «привет, как дела»?

— Извини. Привет. Как дела?

— Слишком поздно. Но у меня правда есть кое-что интересное. Было бы лучше обсудить это лично. Какое у тебя расписание на эту неделю? – хрипло спрашивает детектив.

— Похоже, это мой счастливый день, потому что я как раз направляюсь в Лейк-Джордж.

— В самом деле? Зачем? – У него срывается голос, и я чувствую, как губы расплываются в улыбке.

— Расскажу, когда встретимся.

— Хорошо, жду с нетерпением. Во сколько примерно ты приедешь?

— К часу.

— Хорошо, встретимся у участка. Нам лучше поговорить на улице.

В нем есть что-то милое. Когда я разговариваю с ним, то вспоминаю прежние времена: тогда я еще думала, что быть частным детективом – это весело. Я представляла, что, вполне вероятно, встречу симпатичного полицейского и мы сможем вместе разгадывать тайны. Знаю, банально, но иногда у юной девушки именно такие мечты.

К тому времени, как я подъезжаю к полицейскому участку, уже полдень, но на улице как будто сгущаются сумерки. Здесь дождь еще не начался, но надвигается. Ледяной ветер пронизывает меня насквозь. Бобби ходит туда-сюда, покуривая сигарету с фильтром, и, похоже, не замечает холода. Он положил одну руку на поясницу, и его маленькое брюшко выступает над поясом. Увидев меня, он приветственно машет мне рукой.

От него исходит энергетика актера Джеймса Дина.

— Ты привезла чудесную погоду, – говорит Бобби, указывая на мрачное небо над нами.

Я пожимаю ему руку и ощущаю, насколько она грубее по сравнению с рукой Эндрю. По-настоящему мужская рука.

— Да, кажется, она следует за мной, куда бы я ни пошла. Может, зайдем внутрь?

— Через минуту. Давай прогуляемся. Я хотел сначала поговорить.

— Мы ведь больше не пойдем в то кафе, правда? Не думаю, что смогу и дальше выносить пристальные взгляды официантки. У меня было такое чувство, будто я на свидании под присмотром матери.

Бобби издает негромкий смешок, но его губы едва двигаются.

— Сегодня никакого кафе. Можем пройтись по кварталу.

Я скрещиваю руки на груди – мужчина серьезен. Мы гуляем, и я осматриваюсь. Окрестности полицейского участка представляют собой скопление скромных коттеджей за штакетниками. Гораздо скромнее, чем роскошные особняки на берегу озера. Осень быстро сменяется зимой, и разноцветные листья на деревьях цепляются за ветки изо всех сил. Улицы пусты из-за надвигающейся грозы, поэтому мы с Бобби прогуливаемся по середине дороги. В округе царит тишина, нарушаемая только мягким хрустом под ногами.