Корона огня и пепла - Мира Салье Страница 82

Корнель был правой рукой отца. Насколько известно Кэлу, самым его доверенным слугой и одним из древнейших демонов преисподней. Поэтому Дьявол оставил своего поверенного приглядывать за «детьми». И его явно не прельщало исполнять роль няньки и быть на побегушках у недавно прибывших принцев ада.

— Чего тебе, Корнель?

— Ваш брат… Он вернулся. Просит вас в тронный зал.

Кэллам кивнул, будто и так это знал.

Демон задержался в проеме.

— Что-то еще?

— Он весьма не в духе.

Замечательно. То, чего не хватало для завершения этого гребаного вечера.

* * *

В тронном зале стояла тишина. На темных мраморных стенах виднелись брызги свежей крови. Едва Кэл пересек порог, как демоны склонили головы, и у них, казалось, даже перехватило дыхание. Один из придворных с разодранной плотью и вырванным хребтом распластался на полу. Рядом валялись окровавленные органы, под которыми растекалась темно-бордовая лужица.

Очередной глупец, решивший задать брату вопрос.

Остальным демонам явно не хотелось стать следующим объектом гнева принца ада, хотя они совсем не походили на тех, кого можно легко запугать.

У помоста лежали обескровленные человеческие тела. Еще одним Эмилиан насыщался прямо сейчас, впившись в шею несчастного, как голодный зверь. Капли падали на его полуобнаженную грудь, пятная рубашку. Жертва дернулась в предсмертном рывке, но брат лишь глубже вонзил клыки, судорожно глотая стекающую ему в рот кровь.

Анаида была единственной, кого все устраивало. Она стояла в двух шагах от окровавленных останков и криво улыбалась. Подобная жестокость Эмилиана всегда возбуждала ее, и она явно предвкушала сегодняшнюю ночь. В последнюю их встречу демоница скакала на брате в этом самом зале прямо на троне.

Тишину внезапно пронзили вопли, доносившиеся откуда-то издалека, из-за стен тронного зала. Но Кэллам равнодушно перешагнул через трупы и остановился почти перед помостом.

— Ты небрежен, брат.

Эмилиан поднял голову и окинул его ледяным взглядом. Алые капли падали с острых клыков и стекали по его подбородку.

— Голоден?

— Нет. Я кормился недавно, – соврал Кэл, с трудом подавляя голод. Запах крови туманил разум, и он едва мог сосредоточиться.

Эмилиан внимательно изучал его, словно перед ним стоял не брат-близнец, а объект эксперимента, который внезапно начал давать сбой.

— Все прочь, – рявкнул старший принц на придворных. Голос его прозвучал негромко, но угрожающе прогрохотал сквозь тишину зала.

Эмилиан отпустил смертного, и тот рухнул неподвижной кучей на пол. Глаза несчастного так и остались распахнуты от боли и страха. Брат вытер рукавом рубашки окровавленные губы и, дождавшись, когда демоны покинут помещение, спросил:

— Как наша гостья?

Кэллам прислонился к колонне, скрестив руки на груди. Ему не понравился тон брата.

— Не хочу об этом говорить.

Сказанные слова не были ложью.

Он проверил внутренние стены, чтобы принц ада не уловил ни одной эмоции. Как и он сам, Эмилиан ощутил бы всплеск чувств, распознал бы всякий обман, именно поэтому Кэл и не хотел говорить.

Придурок-братец хищно улыбнулся.

Теперь Кэллам понимал, что всеми разговорами о Делле он пытался спровоцировать его, проверял верность.

— Мне плевать на твои желания. Я хочу знать о каждом ее слове, о каждой эмоции.

Кэл сохранил непроницаемое выражение лица.