Пять масок тьмы - Евгений Фронтикович Гаглоев Страница 88

— Обычная закаленная сталь, – ответил Гордей. – Я ведь тоже серебро не выношу. Могу серьезно обжечься, если не хуже… Серебряные ножи и клинья у меня тоже есть, но держу их в багажнике. Как и арбалет. Пистолеты, да и вообще огнестрельное оружие не слишком люблю. Использую только в самых крайних случаях.

— Почему? Мне кажется, это гораздо удобнее.

— От них слишком много шума. Арбалет, в отличие от пистолета, стреляет очень тихо. К тому же, если вдруг машину остановит полиция, всегда могу соврать, что везу музейные экспонаты. У меня на этот случай заготовлено письменное разрешение с подписью директора музея. А вот пистолеты и дробовики обязательно вызовут вопросы, и так легко не отделаешься. Хотя… Один пистолет у меня сейчас с собой. Небольшой и заряжен серебряными пулями. Одолжить?

Женя опешила.

— Спасибо, не нужно, – пробормотала она.

— Но ты же умеешь обращаться с оружием.

— Только на спортивных соревнованиях. Это совсем другое. Не думаю, что когда-нибудь смогу выстрелить в человека.

— В людей стрелять нельзя, – согласился Лестратов. – Но в тварь, которая кинулась на тебя, чтобы разорвать в клочья, еще как можно.

Девушка промолчала, а Гордей не стал настаивать.

Скоро они подошли к двери.

— Пять утра, – проговорила Женя, взглянув на часы на экране мобильника. – Надеюсь, он нас не обругает последними словами…

— При условии, что он вообще дома, – буркнул Гордей и нажал на звонок.

В квартире стояла тишина, видимо, звонок не работал. Тогда Лестратов громко постучал. Пару минут спустя изнутри донеслись чьи-то легкие шаги. Женя ожидала вопроса «кто там?», но его не последовало. Зато послышался скрежет замка, и дверь открыл молодой темноволосый парень в черном бесформенном свитере и синих джинсах. Несмотря на столь раннее время, он выглядел бодрым и ничуть не заспанным. И это был не Стас.

Парень смотрел на них, вопросительно изогнув брови.

— Привет… Мы к Стасику… – озадаченно разглядывая его, произнесла Женя. – А ты кто?

— Я его сосед, – не менее озадаченно ответил парень. – Михаил. А вы сами-то кто такие? И не поздновато ли для визитов? Вернее, не рановато ли?

— Ой, прости. – Девушка выдавила смущенную улыбку. – Мы со Стасом работали над одним проектом. Меня Женей зовут, а это Гордей… Он… следователь. Так Стас дома?

— Вообще-то нет, – ответил Михаил, с подозрением разглядывая Гордея. – Я сам несколько дней отсутствовал, вернулся буквально только что и понятия не имею, где его носит…

— Не возражаешь, если мы войдем? – спросил Лестратов.

Не дожидаясь разрешения, он бесцеремонно шагнул в темную квартиру, отодвинув парня в сторону. Женя молча последовала за ним.

Они оказались в фотостудии, полной съемочной аппаратуры и осветительных приборов, но почему-то перевернутой вверх дном. Бо́льшая часть дешевой деревянной и пластиковой мебели была опрокинута и сломана. Повсюду валялись книги, одежда, жесткие диски и огромное количество фотографий. Дверцы шкафов были распахнуты, а некоторые вообще сорваны с петель.

— Что тут случилось? – удивленно спросил Гордей.

— Хороший вопрос! Понятия не имею, – жестко произнес Михаил. – Вернулся домой и обнаружил все в таком виде. В моей комнате тоже разгром. Хожу сейчас по квартире, пытаюсь навести порядок. Прямо не знаю, с чего начать…